"Десница" (Брянск)
46(346) от 16-11-2005

Репортер

Пожалейте кенгуру

Геленджикский сафари-парк стал приютом для брошенных зверей Хороший зверь – это послушный зверь, – считают фотографы, для лучшего заработка приспосабливающие к своей работе экзотических животных. И делают все, чтобы они не вышли из подчинения, – не кормят, бьют, накачивают наркотиками.

Парк для циркачей-пенсионеров

Парк занимает большую территорию. Начинается у подножия горы за объездной геленджикской дорогой и уходит ввысь. Как говорит заместитель директора парка Лариса Морозкина, условия, в которых проживают животные, «полувольные».

Каждый вольер занимает площадь не менее гектара и похож на мини-лес. Среди елей и сосен – берлоги для медведей, логова для волков, загоны для тигров и львов.

Идея открыть такой приют пришла директору парка Борису Папиашвили несколько лет назад. Он сам – бывший работник цирка и хорошо знает, что после того, как животные отработали свое или оказались профнепригодными, их некуда девать. Зоопаркам списанные четвероногие циркачи не нужны. Остается одна дорога: на бойню... В общем, изначально планировалось, что жить здесь будут цирковые животные-пенсионеры. В августе прошлого года приняли первых постояльцев: семерых медведей, льва, енотов и лисичек.

Просил прощения у льва

Первым, еще до открытия, сюда попал лев по кличке Гром. В сочинском цирке он напал на дрессировщика. От опасного зверя поспешили избавиться... Поселили Грома во временном загоне. Рядом тогда строился вольер для медведей. Один из рабочих решил поближе рассмотреть царя зверей. Такое внимание тому не понравилось – громко рыкнул. Строитель, и без того заезженный работой, обрушил на льва трехэтажный мат.

– С тех пор Гром стал этого рабочего выслеживать, – смеясь, рассказывает Лариса Морозкина. – Тот даже нам жаловался, что ему не по себе от грозного взгляда, что не на шутку боится: вдруг нападет? Мы посоветовали попросить прощения у Громика. И представьте такую картину: бородатый сорокалетний мужик подошел к клетке и начал извиняться перед животным: «Прости, брат, я был не прав – устал тогда сильно, вот и отыгрался на тебе...» Гром кивнул головой и с тех пор оставил мужчину в покое.

Дрессировке не поддаются

Медведи Юля, Яна, Пьер и Майя работать в цирке отказались. Три года их пытались научить развлекать на арене людей, но, как выяснилось, дрессировке они не поддаются. Теперь косолапые почти на свободе: лазают по деревьям, обгрызают ветки, дерутся друг с другом. И танцуют... чтобы получить шоколадку.

В самом большом вольере сафари-парка идет настоящая охота: два львенка и львица пытаются поймать козочек, которых специально пустили к ним в загон.

Эту троицу – Линду, Бруню и Трину изъяли летом на пляже у фотографов.

– Попали к нам в ужасном состоянии, – рассказывает ветеринар Александр Лысак. – Худущие – на чем только шерсть держалась, израненные. Фотографы своих животных почти не кормят, лишь подпитывают глюкозой, чтобы вес не набирали... У Бруни лапки были парализованы, не мог даже передвигаться. Мы подлечили как могли, хотя говорить о полном выздоровлении пока не приходится. А такая охота для них как сеанс лечебной физкультуры. Не переживайте, козочкам это ничем страшным не грозит – догнать их эти доходяги все равно не смогут.

Забудь имя свое

Еще одна жертва фотографов – тигренок Гомер.

– Гомер попал к нам, когда ему было всего четыре месяца. Он весил всего 13 килограммов. Полностью ослеп, натыкался на кочки, камни, – рассказывает врач-офтальмолог Виталий Кушниренко. – Обследовали его – оказалось, у малыша приобретенная катаракта. Срочно нужна была операция, но при такой массе тела делать ее нельзя. Стали откармливать – через месяц он уже весил 27 килограммов. Значит, можно давать наркоз. Катаракту удалили – Гомер немного стал видеть.

У тигрицы Лады ноги были парализованы. Сотрудники приюта ее выходили – теперь Лада понемногу может передвигаться. Живет в вольере вместе с медведицей Диной и кабаном Васей – вполне мирно уживаются. Возможно, они и не подозревают, что в дикой природе могли съесть друг друга. Охотничьи инстинкты безвозвратно утеряны. На воле им не прокормиться.

И еще... Всем животным, конфискованным у фотографов, здесь дают другие имена. Чтобы ничто не напоминало о бывшем хозяине...


Фатима Шеуджен

© ИД "Провинция", 1999 - 2003