В Дятькове уголовник из-за пустяка убил спасительницу
ОТ РЕДАКЦИИ: брянские следователи возбудили уголовное дело в отношении 58-летнего жителя города Дятькова Михаила СОКОЛОВА. В конце мая мужчине предъявили обвинение в жестоком убийстве. Его жертвой стала 79-летняя местная жительница Евдокия Петровна КОМКОВА. Информацию об этом распространила пресс-служба СУ СК РФ по Брянской области.
Кровавая драма разыгралась в ночь на 24 мая 2017 года в одной из пятиэтажек Дятькова в квартире на первом этаже. Преступление удалось раскрыть по горячим следам благодаря бдительной соседке погибшей Елены Львовны. Неугомонная бабушка забеспокоилась, что ее подруга долго не выходит на улицу посидеть на лавочке и поделиться последними новостями, как она это обычно делала. Зашла за ней один раз, второй, третий – дверь открывал сожитель Евдокии Соколов. Мужчина говорил, что хозяйка ушла в магазин и еще не вернулась.
Около семи часов вечера Елена Львовна вновь позвонила в дверь Комковой. На пороге опять показался Михаил. Тут он не выдержал и крикнул: «Вызывай полицию, я Дусю убил!»
Елена Львовна сначала подумала, что шутит, но на всякий случай позвонила в полицию. Через час к дому подъехали сотрудники правоохранительных органов.
Соколов заявил им, что не может открыть дверь и предложил зайти в квартиру через балкон. Таким образом полицейские оказались на кухне и увидели на полу в луже крови труп пожилой женщины. В квартире находился еще и неходячий муж погибшей. Дедушка пояснил, что ничего не видел и не слышал. С утра ждал, пока Евдокия Петровна придет его покормить, но так и не дождался...
На допросе Михаил не отрицал свою вину.
Ссора у нас произошла из-за пустяка. Неделю назад я выпил на улице с мужиками и устроил дебош. Меня забрали полицейские, а судья арестовал на неделю. Евдокия Петровна знала об этом, но не навещала меня в сизо. Я вернулся и высказал ей претензию, что сидел там голодный. Она ответила: «Пить надо меньше!» Я разозлился, – рассказывал подозреваемый следователю. - Схватил со стола нож и ударил ее в грудь и шею. Дуся стала оседать на пол, я усадил ее на стул и побежал в ванную за мокрым полотенцем. Когда вернулся, она лежала на полу. Я протянул полотенце и сказал «На, вытри кровь». Она не ответила. Тогда я перевернул ее и понял, что она мертвая...
Как пояснил мне 30 июня по телефону старший следователь Бежицкого МСО г. Брянска Александр ЗУБОВ, подозреваемый утверждал, что несколько раз пытался дозвониться с мобильника в полицию, чтобы признаться в убийстве, но у него не получилось. Однако при осмотре телефона Соколова звонков куда-либо 24 мая не было зафиксировано.
Судмедэксперт установил, что убийство произошло в час ночи. Подозреваемый просидел с трупом почти 20 часов...
По ходатайству следователя суд заключил его под стражу. Сейчас Соколов признает свою вину частично и уверяет, что пенсионерка сама виновата в случившемся.
Как рассказал мне по телефону старший помощник руководителя СУ СК РФ по Брянской области по взаимодействию со СМИ Сергей ЦЫГАНОК, потерпевшей стороной на суде будет выступать взрослый сын погибшей. Он живет в Кабардино-Балкарии, приезжал на похороны матери. Мужчина пояснил, что теперь в Дятьково приедет лишь на суд. За жестокое убийство подозреваемому грозит до 15 лет лишения свободы.
Мне удалось пообщаться по телефону с одной из жительниц пятиэтажки Анной, номер которой я узнала через общих знакомых.
– Тетя Дуся для меня была как мама. Я раньше часто приходила к ней в гости. А пять лет назад в ее жизни появился этот Михаил. Он бывший уголовник, был осужден за убийство жены, когда вышел, у него сгорел дом. Остался бомжом на улице. Тогда и встретил добрую Евдокию Петровну. Она пожалела его, пригласила к себе в дом. Ее муж, дядя Вася, уже несколько лет прикован к постели, пожилой женщине тяжело было за ним ухаживать. Она надеялась, что Соколов будет помогать. Он действительно помогал ей первое время, а потом, говорят, они даже стали сожительствовать, – рассказала Анна. – Спустя некоторое время квартирант стал позволять себе приходить в чужой дом пьяным, скандалил. Тетя Дуся уже думала выгнать его, да не успела... Жалко ее до слез, и дядю Васю жалко – ухаживать за ним некому. Скорей всего теперь будет свои дни в интернате доживать...
(Имена и фамилии обвиняемого и потерпевшей изменены. – Прим. ред.)
