Злой рок: брянская женщина одну за другой похоронила двух дочерей

ОТ РЕДАКЦИИ: в «Десницу» позвонила 65-летняя жительница пригородного брянского поселка Тамара Владимировна Еремина. Плача в телефонную трубку, она рассказала, что в январе этого года у нее в семье случилось несчастье – одна за одной ушли из жизни две ее дочки: Ирина — на 45-м году жизни, Вероника – на 32-м, а вместе с младшей умерла и нерожденная внучка. 22 марта мы отправились к ней в гости. Тамара Владимировна с 70-летним мужем -- инвалидом без ног живут в поселке Толмачево в доме на улице Крыловской, 13. - Ориентируйтесь по трем елкам возле бордового забора, - подсказали местные. У ворот меня встречает женщина в черном платке, рядом с ней два кота: Черныш и Рыжик. Пока идем в дом, женщина рассказывает, что Рыжика старшая дочка Ирина незадолго до смерти принесла: увидела котенка на дороге, пожалела. Теперь Рыжик все время находится рядом с Тамарой Владимировной – хоть какое-то утешение… Мы усаживаемся в маленькой комнате хозяйки, за стеной лежит ее супруг. Он не хочет, чтобы его видели чужие люди в беспомощном состоянии. На столе  -  лекарства и фотографии дочек. На меня смотрят две пышущих здоровьем красавицы... Старшая Ирина жила в родительском доме. У нее есть 23-летний сын Алексей, которого женщина поднимала на ноги одна. В последнее время она в качестве соцработника ухаживала за пожилыми людьми. По словам матери, старшая дочь была очень бережливой, лишнюю копеечку откладывала для сына. Он ведь инвалид по зрению. Младшая Вероника с мужем Виктором и восьмилетним сынишкой жили в доме свекрови, на другом краю поселка. Супруги давно мечтали о дочке. Летом они узнали, что скоро второй раз станут родителями. Беременность протекала хорошо, на УЗИ супругам сообщили, что у них будет девочка. Новый 2016 год вся семья встречала в родительском доме. Радовались, строили планы на будущее. Даже внук Алексей пришел на праздник со своей девушкой. -  Все были такими счастливыми в новогоднюю ночь! – вспоминает безутешная мать. – А потом наша жизнь пошла под откос, и мы не можем понять, из-за чего… Вечером 5 января Ирина вернулась с работы уставшей, еле дошла до своей комнаты и легла на кровать. Вскоре мать услышала, как та застонала, пошла проведать. Дочка расплакалась, сказала, что у нее в груди жжет, попросила вызвать «скорую помощь». - Я безуспешно набирала номер, а в ответ слышала одно: свободных машин нет. От отчаяния пригрозила, что утром приеду к заведующему жаловаться. Только тогда машина нашлась, - вспоминает свой кошмар Тамара Владимировна. –  Фельдшер зашла к дочке со словами: «Ну, чего ревешь? Не замужем? Мужика тебе надо!» А Ирочка ничего ответить не смогла. Муж мой чуть не плакал, говорил потом: «Эх,был бы я на ногах, в обиду дочку не дал бы!» Фельдшер тем временем послушала молодую женщину, сказала, что легкие чистые, уколола что-то и уехала. А мать Ире куриного бульона дала и чаю. Она поела и заснула. Но состояние ее не улучшалось. Утром 8 января ей стало совсем плохо. -  Забегаю: она, бедненькая, сидит на кровати, вся съежилась, лицо посинело. Прошептала: «Мам, я, наверное, умираю». Я опять в «скорую» звонить. Кричу: «Дочка умирает!» Подошла к ней – Ира уже не дышит! В свидетельстве о смерти потом написали, что умерла от ишемической болезни сердца… На этот раз медработники приехали быстро. Да только помочь ничем не смогли... Мать упрекнула их, что не забрали два дня назад в больницу больную дочку. Те друг на друга посмотрели, пожали плечами. Мол, не знаем, кто на вызов приезжал.  Посоветовали вызвать полицию. - Через полчаса пришел пешком молоденький участковый, оформил бумаги. Спрашиваем: «На чем в морг ее повезете?» Тот лишь руками разводит: «Труповозки у нас нет». К тому времени уже собрались наши родственники, пришли соседи. Стали опять звонить в отдел. Приехал маленький УАЗик. Племянница не удержалась: «Вы ее сидя в морг повезете?» Полицейские постояли, подумали и уехали, - продолжает Тамара Еремина. – Мы сами нашли в совхозе машину, в морг отвезли дочку уже к обеду. На следующий день забрали домой. Вероника пришла проститься с Ирочкой. По словам Тамары Владимировны, они с детства дружные были – не разлей вода: куда одна – туда и другая. На похороны Веронике запретили приходить – примета плохая беременным на покойников смотреть, а вот выбрать участок на кладбище разрешили. Тамара хотела похоронить старшую дочку на старом кладбище, где лежат ее бабушка и дедушка, а Вероника настояла, чтобы взяли участок на новом, Толмачевском. - Сказала что, когда мы умрем, ей будет ближе туда ходить ухаживать за нашими могилками, место выбрала ровное, светлое, как оказалось, не только для сестры, но и для себя,-- вздыхает безутешная мать. – Похоронили мою Ирочку 10 января. Веронику в этот же день муж отвез в областную больницу на сохранение – боялись, что стресс на ребеночке скажется, да еще по городу слухи об эпидемии свиного гриппа пошли. Хоть молодая женщина и чувствовала себя хорошо, ни на что не жаловалась. Но на следующий день, по словам матери, у нее почему-то отобрали мобильный телефон и изолировали в бокс. Там Вероника провела больше пяти дней. А потом случилось страшное – ребенок замер… - В больнице много наших толмачевских работает, одна знакомая услышала, что у Вероники девочка, позвонила Вите, сообщила. Тот мне на радостях: «Тещенька, дочка у нас. Все хорошо! Только Вероничка пока в коме». А потом мы узнали, что малышка умерла, - плачет Тамара Владимировна. – Виктор бегал в больницу по три раза на дню. Мы все церкви объездили, свечки за здравие поставили – не помогло. Дочка в реанимации лежала без сознания. Меня к ней пустили на несколько минут 19 января. Я взяла ее за руку - она была словно надутая. Когда вышла в коридор, заплакала. Ну почему ей сразу не вызвали искусственные роды?  Умерла Вероника 20 января в 23.00. Узнали об этом ее родные лишь утром, когда Виктор поехал навестить жену. - Звонит мне, заикается. Я сразу поняла. Выскочила на улицу, бегала, кричала. И он в трубку: «Тещенька, что делать? Как я теперь без нее?» -- плачет Тамара Владимировна. - 22 января у нас были еще одни похороны. Внучечку тоже нам отдали. Так в одном гробу их и похоронили. В заключении о смерти у дочки стояла «Пневмония». Говорят, что в роддоме в это же время лежала еще одна полная тезка Вероники. И она тоже умерла. Вот у той был свиной грипп… По словам безутешной матери, дочки ей ни разу после смерти не снились. Но в доме было неспокойно. - Перед 40 днями Иры около 5 часов утра я слышала, как по комнате кто-то ходит, поднимаю голову – никого. Утром мужу про это рассказала, а он признался, что тоже шаги слышал, -- вспоминает она. – А 16 февраля, на 40-й день, я прилегла на диван, задремала, и вдруг меня кто-то сильно за бок ущипнул. Я подскочила. Смотрю -- в кресле силуэт Иры. Она сидела в той же одежде, в которой ее похоронили. Я кричу: «Ира, что ты меня так пугаешь?» Свет зажгла – кресло пустое.  Леше же мать на второй день после похорон приснилась. Он ночью к бабушке в комнату прибежал испуганный: «Ой, бабуш, маму видел во сне. Она мне говорила: «Сынок, приди в мою спальню, ляг спать, я тебе что-то расскажу». Бабушка предположила, что Ира хотела внуку рассказать, где деньги лежат. Но он так и не решился на это. После 40 дней из комнаты Ирины старые вещи вынесли, чтобы сжечь, и нашли в одном из карманов 15 тысяч рублей. А Вероника никому из родных так и не приснилась. Зато приходила во сне к подружкам, говорила, чтобы не плакали по ней – у нее все хорошо. - Я каждый день вспоминаю о своих девочках, все время плачу. В суд подавать мы не стали, мне сказали, что тогда надо будет эксгумацию делать, но мое сердце не выдержит этого! Да и не верю, что мы могли бы добиться справедливости, -- вздыхает пожилая женщина. – Никого не хочу наказывать, просто хочу достучаться до всех: нельзя халатно относиться к человеческим жизням. Раз уж выбрали профессию спасать людей, делайте это! Моих дочек уже не вернуть, но, возможно, прочитав эту статью, они вспомнят, что есть высший суд...