«От такого моего натиска парень ошалел, но сразу понял, в какой переплет я попала»

Была мечта стать причастной к чему-то большому и светлому, во всяком случае, так мне тогда казалось. Я грезила, что после окончания столичного университета моя жизнь изменится круто и неповторимо. На тот момент, когда я решила ехать в Москву, в семье было ещё четверо детей и мамин папа (мой дедушка) на попечении после инсульта. Денег, как вы понимаете, не хватало постоянно. Узнав о моих планах, мама грустно промолчала, а папа в полуприказном тоне посоветовал выбрать что-нибудь недалеко от дома, а ещё лучше - пойти на заочку и устроиться на работу, чтобы помогать семье материально, а не висеть на шее.

Но несмотря ни на что,  я отправила в Москву документы на поступление. И в июле  уже сидела в поезде с чемоданом, с небольшой суммой денег, которые мама смогла выделить из нашего скудного семейного бюджета.

Папа был сильно зол на меня за то, что я все-таки решила поступать в московский вуз, прощание, помнится, напутствовал такими словами: «Всё равно не поступишь, стоит ли ехать? Напиши, если захочешь вернуться, на обратную дорогу вышлю, но больше ни на какие деньги не рассчитывай».

В Москве я устроилась в общежитие для абитуры и славно прожила энное время до тех пор, пока меня оттуда не попросили на выход, так как общагу давали единицам. Но была и хорошая новость - я поступила! Ещё пару дней я тайком проваландалась у новых своих подружек по студенческой общаге, но меня «вычислили» и изгнали.

Что делать бедной студентке в огромной Москве, особенно когда слово «бедная», это реальное качество жизни? Вот именно, я понятия не имела. Первое время перебивалась на квартирах опять-таки у подружек, но вскоре меня попросили и оттуда. До стипендии, которую мне всё-таки назначили, как ребёнку из многодетной семьи и золотой медалистке (были тогда такие медали), оставалось ещё две недели, мне нужно было как-то выжить.

И я стала фактически бомжевать. А что было делать? Ночами начало холодать, так как погода в год моего поступления совсем не радовала. Я оставила вещи у одной из подруг, а сама слонялась с маленькой сумочкой, в которую были упакованы тетради, канцелярия, мыло и зубная щётка.

Несколько дней перебивалась на вокзалах, благо, что в Москве их много. Спала, сидя рядом с ожидающими пассажирами, умывалась в вокзальных туалетах. Но дальше так продолжать стало невыносимо. Да и опасно, в чём я вскоре убидилась.

Как-то вечером, когда мне оставался только шаг от того, чтобы всё бросить и уехать домой с повинной, я брела по парку. Погода стояла ясная. Я купила почти на последние копейки пирожок с уличного лотка и двинула в сторону свободной лавки, намереваясь перекусить и подумать о предстоящей ночи.

Занятая процессом поедания обеда и ужина в одном пирожке, я не заметила, как ко мне на лавочку присел человек. Разговор я помню плохо за давностью лет, но ощущения остались премерзкие. Помню, что мужчина интересовался, кто я и почему так поздно не иду домой. Глядя в его масляные глазки и подозрительно шевелящуюся руку в кармане, я реально испугалась. Подумала: вот он, тот самый момент, от которого до сей поры бог меня миловал!

Я боялась встать, потому что идти мне было некуда, а там, где я сидела, всё же пока ходили люди. Но необходимость решения подогревала страх. И тут я увидела, что в сторону нашей лавочки идёт высокий молодой человек примерно моего возраста. Мысль возникла мгновенно. Я подскочила и бросилась к нему. На ходу соображая, что говорить, я расставила руки для объятий и кинулась на него с воплями: «Милый, что ты так долго? Тут ко мне всякие извращенцы цепляются!» И не давая ему освободиться, начала целовать в обе щёки. От такого моего натиска парень просто ошалел, но, глянув на скамейку, сразу понял, в какой переплёт я попала. Он вдруг  приобнял меня, громко проговорив: «Дорогая, дела задержали. Сейчас мы разберёмся, кто к тебе тут цепляется». Но на скамейке уже никого не было. Мужик, поверив в наш спектакль, быстро удалялся по парковой дорожке.

В этот момент на меня нахлынул «отходняк» от всего пережитого - ноги подкосились, и я начала оседать на асфальт. Думаю, что свою роль сыграла усталость, недоедание и недосыпание последних дней. Я чувствовала, что теряю сознание, но ничего не могла с этим сделать. Очнулась на той самой скамейке. Парень протягивал мне бутылку с минералкой и что-то говорил. Через пару секунд я включилась в реальность и поняла, что он спрашивает, куда меня проводить. И в этот момент на меня накатила новая напасть - я разревелась. Я плакала горько и навзрыд, а он сначала смотрел недоверчиво, а потом испуганно. Наконец, благодаря нашим общим усилиям, я успокоилась и вдруг всё ему рассказала. Ну, как всё? Коротко, конечно. Я сказала, что мне негде жить, что я студентка первого курса, что родители отказываются снимать мне комнату, а общежитие обещали только в следующем году. Ещё я сказала, что хотела доказать им, что могу стать самостоятельной, выжить без их помощи.

Он слушал молча, но внимательно. Было видно, что совершенно незнакомый мне человек вдруг проникся чужой бедой, поверил мне. Он встал, протянул руку и сказал: «Пошли со мной. Не бойся, я не извращенец». И я пошла. Я тоже поверила ему. С другой стороны, мне уже было всё равно, что со мной будет - я дико устала от собственной авантюры.

Мы совсем недолго ехали на метро и в итоге оказались в зелёном спальном райончике. Я думала, что такие есть только на окраине Москвы. Парень держал меня под руку, чтобы я опять не грохнулась в обморок, и отпустил только перед дверью квартиры. Мы зашли в дом, в котором было очень уютно и до боли в животе пахло борщом и свежим хлебом. Из кухни, вытирая руки о передник, вышла пожилая женщина. Она так тепло улыбнулась, что я поняла - спасена!

Потом мы вместе сидели за столом. Я ела борщ, салат, блины и ещё что-то, уже не помню. Мне казалось, что вкуснее еды нет на свете. Потом хозяева показали, где ванная, дали чистое полотенце, халат и тапочки. Этой ночью я впервые спала спокойно на выделенном мне диване в комнате бабушки. Я даже не отказывалась - не было сил.

На следующий день я встала чуть свет, чтобы ехать на занятия. Бабушка и внук уже были на ногах и за завтраком мы наконец-то познакомились. Вадим сказал, что заедет за мной после занятий, и вместе поедем к моей подруге, где я оставила сумку с вещами.

Утром мне стало страшно неудобно, я начала благодарить, отнекиваться, но тут вступила в разговор бабушка Вадима - Анна Валентиновна. Она с улыбкой, но твёрдо мне сказала, чтобы я не маялась дурью, что диван свободен и что я нисколько их не стесню и не объем.

Так я стала жить в семье совершенно незнакомых людей. Вадим был сиротой, его мама и папа погибли, когда он был совсем маленьким. Бабушка заменила ему семью. Сам Вадим оказался старше меня на семь лет. В тот вечер он как раз шёл с работы в сторону метро, чтобы уехать домой.

Вскоре я начала получать стипендию и решила, что решила, что надо освободить моих неожиданных спасителей от своего затянувшего присутствия. Но вечером на «семейном» совете меня убедили «ничего не выдумывать» - бабушкины слова. Тогда я стала покупать в дом продукты, готовить в свободное время, мыть полы и вообще, помогать им по мере сил. Но всё это было так по-домашнему, что совсем не напрягало.

Прошёл год. Как и обещали, мне выделили место в общежитии. Я переехала тут же, хотя до слёз не хотелось. Бабушка убеждала остаться, но я не могла больше пользоваться их добротой. Вадим ничего не говорил, он понимал, что я должна уехать. Я это оценила больше возможных уговоров.

Я переехала в общагу, но в тот же день Вадим приехал вечером и предложил прогуляться. Мы бродили по Москве, разговаривали, а часы летели совершенно незаметно. Уже к утру, когда ему нужно было отправляться на работу, а мне в институт, это случилось.

Мы стояли над рекой и молчали. Тут он взял меня за руку и повернул к себе. Глядя в глаза, Вадим сказал, что влюбился в меня с первого взгляда, вернее с моего «прыжка» ему на шею. Всё время, пока я жила у них в доме он не хотел об этом говорить, чтобы я не чувствовала себя обязанной ответить ему. Он просил, чтобы я не торопилась с ответом, подумала. Там, над утренней Москвой-рекой он предложил мне стать его женой. Я не стала думать, а просто опять кинулась ему на шею.

Сегодня у нас уже выросли дети, подрастают внуки. Нас давно покинула Анна Валентиновна, добрейшая на свете и мудрая женщина. А мы с Вадимом всё так же любим друг друга и желаем всем молодым верить в свои силы и никогда не сдаваться.

Анастасия, г. Хабаровск