После первой брачной ночи Нина и Дмитрий встретились только через семь лет
Рассказывала в основном дочь – самой Нине Михайловне говорить уже трудно, сказывается возраст.
Родилась Нина, в девичестве Тюрина, в поселке Новые Горки Лежневского района. Но детство и юность ее прошли в Иванове, куда переехали родители после рождения второго ребенка. Здесь Нина окончила среднюю школу, поступила в институт. Здесь встретила свою любовь.
За ней ухаживал молодой человек по имени Алексей. Они долго встречались, ходили на танцы в сад Первого мая, танцевали. Парень провожал ее домой.
- Мама вспоминала, что как-то раз, когда танцы подходили к концу, Алексей отошел за пальто. Видимо, осень была, - рассказывает дочь Наталия. - Этим воспользовался другой парень, который весь вечер наблюдал за мамой. Она постоянно ловила на себе его пристальный взгляд. И когда он пригласил ее на танец, последний танец в тот вечер, она ему не отказала. Так мама познакомилась с моим отцом, Дмитрием.
Почему Дима понравился больше, за давностью лет память уже не сохранила. Вроде Алексей ничем не уступал.
Дмитрий был скромный юноша, красивый, учился в торговом техникуме, занимался в спортивной секции. Встречались они с Ниной почти год, также ходили на танцы, также он ее провожал до дома.
- Ему в 1939 году, в сентябре, надо было идти в армию, - рассказывала Нина Михайловна. – И он говорит: «Давай жениться, иначе ты меня не дождешься. Здесь за тобой очень много ухаживают парней. Вскочишь замуж за кого-нибудь».
В конце августа приехали на трамвае в загс вдвоем. Не было никаких свидетелей, ни белого платья, ничего из того, что принято в наше время. Расписались и также на трамвае обратно уехали… каждый к себе. Так Нина Тюрина стала Ниной Соколовой.
- У папы была полная людей квартира, с ним жили сестра и ее дети, - смеясь, рассказывает дочь. – И мама тоже жила с кучей родственников. А первая брачная ночь? Конечно, она была, уединились на природе. Других вариантов не нашлось.
Через месяц Дмитрий ушел на службу, попал в пограничные войска на Дальний Восток, а Нина, окончив два курса Шуйского пединститута, уехала в одно из сел нынешней Владимирской области, которое тогда еще относилось к Ивановской. Преподавала математику и физику. Ждала мужа. В 1941 году срок службы уже подходил к концу, но тут грянула война.
В первые её месяцы Дмитрий ушел на фронт в составе дивизии, сформированной на Дальнем Востоке из пограничников. Вскоре окончил военно-политическое училище, стал офицером. Нина же продолжала учительствовать. Но от мужа отставать не хотела. В 1942 году вступила в партию и в октябре того же года по партийному набору ушла в армию. Была зачислена на курсы пропагандистов при военно-политическом училище в Москве. В наборе были только девушки.
Уже через три месяца молодой лейтенант Соколова оказалась на Калининском фронте. В военном билете ее указана только одна должность – пропагандист, и два места службы – госпитали для легкораненых. Это были прифронтовые медицинские учреждения, которые двигались вплотную за наступающими частями. Солдаты и офицеры, получившие легкие ранения, здесь долечивались и отправлялись обратно не передовую, тяжелораненых вывозили в тыл. До поля боя рукой подать, были и артобстрелы, и бомбардировки. Понюхать пороху пришлось.
О том, чем занималась пропагандист Соколова, можно прочитать в наградном листе к боевому ордену Красной Звезды, который молодой женщине вручили уже после Победы:
«…Проделала большую политическую работу по воспитанию раненых, находящихся на излечении в госпитале. За период работы в госпитале ей проведено более 600 политинформаций, до 500 бесед, а также докладов и лекций до 20. Кроме агитационно-пропагандистской работы с ранеными и больными тов. Соколова ведет политзанятия с молодыми коммунистами в течение 4-х месяцев. Тов. Соколова в период массового поступления Игналинской операции, в которой поступило до 10000 раненых, помогала в перевязочной, делала сама перевязки раненым, на что имеет основание об окончании курсов медицинских сестер. Тов. Соколова все время находится среди раненых и больных, проявляет заботу о них о материальных нуждах и быте бойца».
Все эти годы не прерывалась связь с мужем Дмитрием, только вот встретиться не им пришлось, на разных фронтах воевали. Но письма шли регулярно. Иногда и с сюрпризом.
- Как-то маме написала письмо женщина, Сима, - рассказывает Наталия. – В письме была папина фотография. Сзади - подпись и сзади написано «Это его жена Сима Соколова. Вот, посмотрите последний раз на своего мужа. Теперь он мой». Она, видимо, нашла у него письмо с адресом. Эта фотография сохранилась где-то дома, в альбоме. Я ее спрашивала «А чего ты не разорвала ее?». «Я не ревнивый человек. Я себе цену знаю», - отвечала мама. Потом, когда возникал разговор на эту тему, она выговаривала папе: «А вот тебе никто не присылал таких фотографий со мной».
Конечно, и у жены на фронте тоже были поклонники, ведь в госпитале лечились в основном мужчины. И врач ухаживал, и, по словам самой Нины Михайловны, какой-то высокопоставленный офицер обещал «всю Восточную Пруссию к ногам положить». Однако, в отличие от медсестричек и молодых женщин-врачей, у нее была своего рода дополнительная защита от слишком назойливых воздыхателей – должность политработника. Достаточно было сказать, что пожалуется в политотдел, и надоедливого ухажера словно ветром сдувало.
- Мама однажды рассказывала, что был какой-то выезд, спать пришлось вместе с мужчинами, - вспоминает дочь с улыбкой. – Мама одна там была из представительниц женского пола, не знала даже, как лечь спать. Кругом одни мужики. Прилегла прямо посредине, на спину. На бок нельзя повернуться, начнут прижиматься. Так всю ночь на спине и пролежала. Нелегко было женщинам на войне…
Когда враг был разбит и объявили о капитуляции фашистов, Нина Соколова вернулась домой не сразу. Переходила в погонах больше полугода. И на этот раз, можно сказать, помешал партбилет. Дослуживала она библиотекарем в артиллерийской бригаде, но, как партийный человек, была привлечена к организации выборов в Верховный Совет СССР. Первых послевоенных выборов. И только в марте 1946 года вернулась в Иваново. Дмитрий же пришел домой уже в сентябре 1945 года.
Вскоре после возвращения мужа она получила письмо от… свекрови: Мол, Дима тут начал гулять. У него появились другие женщины, беспокоилась родительница. «Когда ты приедешь? Мы тебя ждем», - писала она. Да, мужчины в те первые послевоенные годы были в большой цене у женщин – ведь вернулись с фронта немногие. Вот и мужа Нины уже начала обхаживать какая-то местная учительница, да так, что даже его мать забеспокоилась.
Нина вернулась в город, можно сказать, инкогнито.
- Первой ее увидела в трамвае папина племянница, - рассказывает Наталья. – Мама-то с поезда поехала сначала к себе домой, на Рабочий поселок. Племянница сразу бросилась к папе и все рассказала. И тот прибежал как миленький!
Только через семь лет после свадьбы молодые наконец воссоединились. Стали жить рядом с родителями Нины, у них освободилась комната в коммуналке. Дмитрий пошел работать наставником в профтехучилище, Нина – на ремизо-бердочный завод инженером по подготовке кадров. В те дни у них произошла интересная встреча.
- Пошли мама с папой на базар, видят, идут две девушки, - рассказывает дочь Наталья. – Одна остановилась и говорит: «Здравствуй, Дима. Ты говорил, что жена у тебя некрасивая, а она красивая». Папа отвечает: «Да, я знаю». Оказалась, это та самая учительница. Он продолжает: «Ведь ты хотел на мне жениться». А он: «Хотел, да расхотел». Мама тогда вмешалась: «Идите, выясняйте отношения без меня». И пошла дальше. Вскоре папа ее догнал: все отношения выяснил. Мама очень мудрая у меня.
Прожили Нина и Дмитрий вместе 33 года. В 1947 году у них родился сын Александр, затем – дочь Наталья. Оба заочно окончили Ивановский текстильный институт. К сожалению, Дмитрий ушел из жизни рано, в 55 лет. А вот Нина Михайловна уже миновала вековой рубеж. И, хотя и в 70 лет за ней еще ухаживали мужчины, замуж больше так и не вышла.
Иван Иринин, Иваново
