В 72 года рязанец Александр Скобельцын летом сплавляется на судах собственного изготовления, а зимой летает над ледяными просторами под парусом уникального буера

Эта история меня очень заинтересовала. Знакомый тележурналист дал мне телефонный номер Александра Степановича, и мы договорились с ним о встрече. Она состоялась уже на следующий день, 5 марта, в редакции «Мещерки».

Александр Степанович появился на свет в рабочем поселке Шилово в семье председателя колхоза и учительницы. Всего у них родилось трое сыновей. Александр был средним.

– Я окончил школу, и потом пришла пора армии, – вспоминает наш герой. – Служил в Казахстане в ракетных войсках на испытательном полигоне. А уже после армии приехал в Рязань и, имея радиотехническое образование, устроился на работу в НИИГРП «Плазма». А спустя долгое время меня пригласили на одно совместное с Южной Кореей предприятие. Мы обучали наших партнеров технологии производства плазменных телевизоров. Во времена перестройки это предприятие закрылось.

Спустя некоторое время Скобельцына пригласили в Москву в цех по производству плазменных панелей. Он работал там 13 лет, став начальником.

Жена моего собеседника, Любовь Ивановна, тоже инженер и выпускница радиоинститута. У пары есть дочь Елена. Она окончила РГУ имени С.А.Есенина, училась на факультете иностранных языков.

– Жена и дочка жили в Рязани, – говорит Александр Степанович. – А я ездил на работу в Москву, где от организации мне предоставили квартиру, а на выходные снова домой, к семье. Условия труда были сложные. Работали с вакуумом, где любая пылинка может привести к браку. Находясь в Москве, я сильно скучал по семье, и после 60 лет я решил уйти на пенсию. Правда, отпускать меня не хотели, уговаривали остаться.  Но я все-таки отказался.

Как же получилось так, что Александр Степанович стал изобретателем?

На самом деле это началось не на пенсии, а буквально полвека назад, в 1970-х. Тогда Александр ходил в спортивный зал при научно-исследовательском институте, где он работал. В этом-то зале он и познакомился с мужчиной, который занимался водным туризмом. Благодаря их общению Александр Степанович тоже увлекся этим видом спорта.

Он начал заниматься сплавами по горным рекам и стал членом туристического клуба. Подготовка была серьезной, по всем правилам. На каждый сплав оформлялась путевка, заранее оповещались спасательные службы. А потом, на середине маршрута, надо было им сообщать, что все в порядке.

Александр рассказал, что его первый сплав был по реке Южный Буг в Карпатах. И ему так это понравилось, что он стал постоянно сплавляться на байдарках и на катамаранах. Не может остановиться и по сей день.

– Я сплавлялся и в Карелии, и на Кольском полуострове, – говорит Александр Степанович. – Потом был Кавказ, затем Средняя Азия – Тянь-Шань,  Алтай, Саяны. Супруга со мной, правда, туризмом не занималась. Она человек спокойный, более домашний. Да и сплав по горным рекам – это всегда опасно. То и дело попадаются пороги (каменистые участки в русле водотока с повышенной скоростью течения и относительно большим падением отметок уровня воды). Но я и другие экстремалы готовы для таких путешествий. Мы даже устраивали походные бани: делали из валунов печку, накрывали палаткой и парились. Кстати, как-то раз я сам сшил большую палатку с предбанником, парной и душевой. Помогло техническое образование.

Параллельно в те далекие годы наш герой активно занимался в морской школе. Летом, в выходные, он и его товарищи сплавлялись на больших шестивесельных шлюпках – ялах. Они участвовали во всероссийских соревнованиях и добивались достойных результатов. Ветер, волны, иногда ломающиеся мачты – все это добавляло острых ощущений.

Позже Александр купил себе байдарку и решил ее усовершенствовать. Он сделал мачту, сшил парус, соорудил раму из дюраля и установил два специальных поплавка, чтобы байдарка не переворачивалась. Это было необходимо, так как при сильном ветре она начинала крениться. Однако даже с парусом можно было плавать против ветра под определенным углом. Это была одна из первых конструкций, которые он создал. Интересный момент, он старался, чтобы его изобретения умещались в багажник автомобиля, чтобы можно было легко перевозить.

Затем Александр решил построить целое судно, которое бы ходило под парусом. Это стало его следующей задумкой.

– Последний катамаран я сделал недавно, – говорит рязанец. – У него рама из дюралевых труб и пвх-ткани, мачта с парусом и каюта. Катамаран – это уже не байдарка, это другой масштаб. У него и плавучесть намного больше, и вместимость.  Находиться в нем могут одновременно четыре человека. То есть уже целая команда. Имеется возможность ходить с мотором. Мы сплавлялись и по карельским озерам, и по водохранилищу на Волге.  Плавали и по Азовскому морю. А параллельно с этим в зимнее время я стал кататься на коньках, а летом на роликах. Также занялся виндсерфингом – вид парусного спорта и водного развлечения. Потом в моей жизни появился кайтинг. Запускаешь парус-крыло в воздух – и можно на лыжах, можно на коньках кататься по льду. То есть эта конструкция тащит тебя за собой. Это тоже одно из моих увлечений.

А примерно семь лет назад Александр Степанович задумал создать такое средство передвижения, которое позволило бы преодолевать большие расстояния по снегу в полусидячем или полулежачем положении. Получился универсальный буер – средство передвижения по снегу и льду. От своих собратьев это устройство отличалось тем, что позволяло менять лыжи на коньки или на колеса и обратно, в зависимости от состояния льда или наста. Этой зимой Александр Степанович неоднократно наслаждался поездками на своем детище.

– Одной рукой держишь руль, а другой управляешь парусом. Можно сказать, я летаю, – смеется Александр Степанович.

Скорость буера действительно впечатляет, хотя точных измерений изобретатель не проводил. Кстати, его дочь также с удовольствием каталась вместе с ним.

– Безопасность всегда была для меня на первом месте, – добавил Александр Степанович. – На льду или по снежному полю важно уметь увернуться или сбросить тягу с парусом, чтобы избежать падения. В конструкции все это предусмотрено.

По словам моего собеседника, каждый раз, когда он садится за руль буера, его охватывает невероятное волнение. Адреналин зашкаливает, кровь буквально закипает, как в те моменты, когда он покорял горные реки.

– Летом я все еще плаваю и на байдарках, и на катамаране, – говорит он. – На водохранилище в городе Новомичуринске Пронского района, и на Селигере, и на Волге. Да и на сноуборде и горных лыжах я тоже катаюсь. В этом году тоже успел покататься – в городе Гороховце на границе Владимирской и Нижегородской областей. Там есть замечательный спуск.

Рязанец рассказал, что все его конструкции хранятся в гараже. Также у его семьи есть небольшой загородный дом, доставшийся от родителей, реконструкцией которого он занимался сам. Оказывается, Александр Степанович не только изобретатель, но и строитель – так сказать, мастер на все руки. Может класть кирпичи и заниматься столярными работами. Например, дочери он самостоятельно сделал ремонт в квартире: от пола до потолка. Александр Степанович говорит, что ему это интересно, и он всегда доводит дело до конца, делая все качественно.

Кроме того, у него есть и другие увлечения. Он обожает рыбалку. По ходу нашей беседы мужчина вспомнил, как в Карелии готовил ароматную уху из щуки и других видов рыбы. Сейчас он тоже часто ездит на рыбалку на своем пикапе «Мицубиси». Этот внедорожник вмещает все необходимое: и байдарку, и катамаран.

Я спросил, не ругается ли супруга? Ведь столько времени Александр Степанович посвящает различным увлечениям, а не своей семье.

– Нет, наоборот, – ответил он. – И жена и дочка меня поддерживают. Я могу проводить дни в гараже, занимаясь новыми проектами. Это нелегко, но Любовь Ивановна понимает меня и никогда не препятствовала моим увлечениям. Мы всей семьей часто выезжаем на природу. Я люблю быть капитаном на катамаране под парусом. В такие моменты я чувствую себя по-настоящему счастливым. Жизнь – это движение, и я наслаждаюсь каждым ее моментом.

Николай СКРИПКИН, Рязань