Любовница так напугала возлюбленного настойчивостью, что он сбежал от нее

Юля совершила все те промахи, которые ни в коем случае нельзя допускать в отношениях с женатыми любовниками. Письмо на наш конкурс историй прислала наша читательница. В нем она рассказывает, как женщина оказалась втянутой в любовный треугольник, не сумев справиться с чувствами, и чем закончилась эта связь 

Юля не поняла, в какой момент оказалась посередине чужой семейной жизни. Однако, когда опомнилась и увидела себя в посторонней супружеской кровати, было слишком поздно. Отношения затягивали, как утопающего в болото. Она пыталась выбраться, но даже спасительной веточки некому было подать. А он смотрел на нее влюбленными глазами, и она верила, что и в болоте можно жить. Ведь живут же как-то другие? Юлька любила. Любила так сильно, что все остальное отошло на задний план. Был только он и его влюбленные глаза.

Поначалу, правда, трудно было смириться с тем, что каждую ночь он засыпает с другой женщиной. Но любовник клялся, что ТАМ все давным-давно прошло, и брачное ложе существует лишь для того, чтобы выспаться. А вот не высыпается он только с ней, с Юлей. Поначалу она клялась себе — это ненадолго: только немножко, совсем чуть-чуть почувствовать себя счастливой и желанной, а потом идти дальше, навстречу настоящей любви и свободному мужчине. Но как уж тут вырваться, если накрыло уже с головой. А через год стало совсем тошно. Встречи все реже, взгляды на часы все чаще, по ночам все тоскливей.

И тогда она стала скандалить. Понимала, что ни в коем случае нельзя так делать, но не могла играть роль понимающей и всепрощающей. Слишком уж унизительной стала казаться ситуация. Сначала за скандалами следовали бурные примирения, потом этих ссор стало все больше, а светлых и радостных дней — все меньше. Не зря психологи на каждом шагу дают советы — женатым мужчинам хватает истерик дома, а на стороне они ищут любви, покоя и восхищения. Он стал звонить все реже, а приезжать и совсем перестал. Оправдывался работой, нехваткой времени, еще какими-то предлогами. И Юльку несло.

В конце концов она написала, что если он и дальше будет так себя вести, она все расскажет его жене, отправит ей фотографии блудного мужа. Отомстит, в общем. Успокоившись, поняла, что наделала, и просила прощения, и умоляла забыть. Но он понял — надо резать сейчас, по живому, пока совсем не прорвало. Любовь любовью, но жена — она вот она, родная, с ней пуд соли съеден, а чего ждать от этой взбалмошной истерички, это уж одному богу известно. Наверное, он любил Юльку — с ней было хорошо, тепло и весело. И она любила — жена давно уже не смотрела на него с таким обожанием, как любовница. И не говорила каждую минуту, как сильно любит. С женой был налаженный, но надоевший до оскомины быт. И секс уже не тот, что прежде — так, супружеский долг раз в месяц. Там же, в постели любовницы, он чувствовал себя Аполлоном. И домой возвращался окрыленным. Но это было раньше. А теперь каждую минуту приходилось вздрагивать от телефонного звонка или сообщения. И утром просыпался с одним единственным вопросом — что-то она сегодня выдаст? А раньше вставал и ждал минуты, когда можно будет выскочить из дома и позвонить любимой. Но все проходит. Ссоры есть дома, зачем заводить связь на стороне, если там будет в точности также, как и в семье? А из двух зол лучше выбрать то, что уже давно знакомо и привычно.