«Жаль, что службы больше не видать»

Страшная авария по дороге домой навсегда оставила 24-летнего Александра Люлина слепым и поставила крест на карьере служителя Фемиды, о которой тот мечтал с детства.  ОТ АВТОРА: о молодом человеке, который вот уже 10 лет живет наощупь из-за ДТП, в которое попал, будучи пассажиром в машине сослуживца, я узнала от сотрудников Всероссийского общества слепых. В одно мгновенье звание старшего лейтенанта внутренней службы стало просто пустым звуком, а успешная карьера  рухнула, словно карточный домик. Однако ни отсутствие зрения, ни огромная титановая пластина в голове не помешали Александру спустя несколько лет взять в жены обычную женщину и стать любящим отцом двум дочерям. 26 марта я отправилась к Люлиным в гости, чтобы из первых уст узнать историю счастливой жизни «в темноте». Позвонив в домофон, я оказалась в подъезде пятиэтажки на Западной поляне, где живут Люлины. Александр предусмотрительно открыл дверь, а сам скрылся в глубине квартиры. Честно признаться, я сначала немного струсила. Входить внутрь жилья, не видя хозяина, было как-то не по себе. Немного помедлила на пороге. – Там на полочке бахилы, – раздался голос Александра. – Вешалка слева. Молодой мужчина в два шага возник рядом со мной. Осторожно провел ладонью по стене и щелкнул выключателем, зажег в тесной прихожей свет. Александр оказался очень высоким и широкоплечим. Но это совершенно не мешало ему с легкостью передвигаться, не натыкаясь на многочисленные углы мебели. Старшая дочь Люлиных – 14-летняя Даша была дома. Младшая Катенька вместе с мамой Натальей ушли в гости. Мы с Александром уселись за столом на кухне. Я попыталась поймать взгляд героя статьи, чтобы убедиться в его слепоте. Глаза Люлина выглядели совершенно обычными. Ясными и живыми. Будто почувствовав распиравшее меня любопытство, Александр произнес: – Я различаю время суток. Благодаря правому глазу совсем чуть-чуть могу видеть неясные очертания некоторых предметов. Левый полностью слеп, – пояснил он и начал свой рассказ 34-летний Александр Люлин. – Родился я в селе Свищевка Белинского района. С золотой медалью окончил школу и в 1999 году поступил в Педагогический университет на юрфак. С детства мечтал служить во внутренних органах. И мне это удалось. После вуза устроился в Управление федеральной службы исполнения наказаний. Проще говоря, в исправительную колонию. Через пару месяцев Люлин уже перешел в офицерский состав и получил третью группу секретности. Александр обожал свою работу. Его не страшили ни окружение из отъявленных уголовников, ни ненормированный рабочий день, ни даже то, что при форс-мажорах ему самому приходилось сутками без еды и сна выслеживать и возвращать сбежавших обратно в колонию. Люлин уверенно шел вверх по карьерной лестнице. – Все закончилось  16 июля 2006 года в 1 час 50 минут, – продолжает Александр. – Мы возвращались с сослуживцами в Пензу из села Воскресеновка. Я и еще двое ребят. За рулем личной машины был мой товарищ Николай. Он плохо знал дорогу. И увернувшись у «слепого» поворота в 90 градусов от выскочившего навстречу автомобиля, не смог удержаться на трассе. На полной скорости мы рухнули в крутой овраг с высоты в десяток метров. От удара машину буквально смяло в лепешку. Удивительно, но водитель отделался парой синяков. Пассажирам так не повезло. Покореженные металлические детали проткнули их тела как пики. Одному из них удар пришелся за ухо. Александру же железкой пробило череп сверху с левой стороны. – Я очнулся, – рассказывает Люлин. – Ощутил сильнейшую боль в голове и понял, что в ней торчит кусок металла. Сам как-то смог выбрался наружу. И снова потерял сознание. Друзей не видел. В тяжелейшем состоянии скорая помощь доставила Александра в больницу в отделение нейрохирургии. Врачи сделали все возможное, чтобы он остался жив. Но оказалось, что при травме железом был безвозвратно перерезан зрительный нерв, и видеть 24-летний парень больше не сможет никогда. – Придя в себя, я открыл глаза. И как будто не открыл, – говорит Люлин. – Тогда я понял, что это все – темнота. Единственное, что испытал в тот момент, было глубочайшее сожаление, что службы больше мне не видать. Больше месяца Александр провел на больничной койке. Рядом с ним всегда была любимая мама Вера Александровна. После выписки родители хотели забрать слепого сына к себе в деревню. Но Александр наотрез отказался. По словам мужчины, он не хотел становиться обузой и не желал безвылазно «засесть» дома. – Я решил вернуться в свою квартиру в Пензе и жить один, – пояснил мой собеседник. – Пусть мне будет тяжело, но я смогу все сам. Первое время было сложно ориентироваться. Но шаг за шагом я изучил все жилище вдоль и поперек. И мог там чуть ли не танцевать. Заново научился готовить себе. Вечерами ко мне заходил сосед и мы «смотрели» телевизор: он смотрел, а я слушал. Конечно, без поддержки родителей, младшей сестренки и друзей, пришлось бы туго. В один из декабрьских дней друг Александра, частенько навещавший его, привел с собой в гости девушку. –  Он мне шутливо сказал, мол, знакомься, хватит в холостяках ходить, – вспоминает Люлин. – Я естественно даже не думал о возможности создать с кем-то пару. Девушку звали Наташа. Невысокая: мне до груди макушкой доставала. У нее были мягкие, легкие как пух, кудрявые волосы до плеч. Приятный голос. Она оказалась интересной собеседницей. Потом Наташа пришла ко мне одна еще раз. И еще. А через некоторое время я пригласил ее переехать окончательно. Так нежданно-негаданно я встретил свою любовь. Все сложилось само собой. Словно детали пазла. У Наташи уже была маленькая 6-летняя дочка Даша, которая стала родной и для меня. 19 декабря 2009 года Люлины официально стали семьей. А через год у пары родилась еще одна замечательная девочка – Катюша. – Когда Наташе во время беременности сделали УЗИ, то сказали, что практически 100%  будет мальчик, – рассказывает Александр. – И мы, разговаривая с животиком, стали называть малыша Коленька. И как-то сразу привыкли к этому имени. Но однажды мне приснился сон, в котором мне кто-то сказал: «Никакого Коленьки у вас не будет. Родится дочка. Назовешь ее Катенька». Так и случилось, – улыбаясь, продолжает мужчина. Александр, как мог, старался помочь жене с малышкой. Возился с ней. Прислушивался и спешил к кроватке, едва та заплачет. Со старшей дочкой Дашей учил уроки. Гулял с ними. – Я могу и овощей почистить, помыть к ужину, – делится Люлин. – Наташа придет с работы, а она трудится на мебельном предприятии, а все уже готово.  И в магазин за продуктами сходить. Если один, то с тростью. Я же каждую кочку и лужу в округе знаю. В банк, на почту. Часто с семьей в выходные выбираемся на Олимпийскую аллею. Ездим всегда на общественном транспорте, бывает вызываем такси. Зимой на лыжах. Кстати, всю жизнь их терпеть не мог. А теперь встаю в лыжню и вперед. Девчонки командуют, а я шагаю. Летом просто размяться. Доход семьи Люлиных складывается из пенсии Александр по инвалидности и зарплате его супруги, на жизнь хватает. Да и глава семьи вообще без дела не сидит. Был на специальных курсах в Москве, где овладел десятипальцевым методом набора текста на клавиатуре. Мужчина не без гордости заявил, что даже даст мне в этом фору. Играет в шахматы и шашки. Специальные для слабовидящих и незрячих. В мае, если все будет хорошо складываться, собирается на неделю в Крым на 4-ый спортивный форум. В скором будущем Люлин планирует написать книгу. На вопрос о чем она будет, герой статьи, немного смущаясь, отвечает, что это будет приключенческий роман о пиратах. И не важно, опубликуют ли рукопись когда-то, или она ляжет пылиться на антресоли, Александру будет радостно уже от того, что она просто есть. Мужчина уверен, что радость в простых вещах. Просто нужно суметь их разглядеть.         Мария НЕЧАЕВА, Пенза