Елена Табеева выиграла все суды, а потопы в квартире продолжаются после каждого дождя

инвалид 1-й группы. Квартира расположена на верхнем этаже дома, в любые осадки по стенам и потолкам течет. Вода попадает в электропроводку. И повсюду плесень», – написано в сообщении.

Там еще говорилось, что женщина успешно судилась с управляющей компанией. Однако жить в квартире по-прежнему невозможно.

Я заинтересовался этой историей. Мне помогли найти номер телефона Елены Ивановны, и, как только он был у меня, я ей позвонил. Женщина сказала, что не против пообщаться. Но не прямо сейчас, так как действительно, как и было написано в соцсети, она находится за городом. «Жить  в моей квартире невозможно, поэтому пришлось уехать в Рязанский район», – добавила собеседница. В итоге мы договорились, что она приедет в Рязань 15 июня и мы встретимся у нее дома на улице Зубковой. Так и вышло. Дом моей героини пятиэтажный. Я поднялся на последний этаж. На пороге меня встретила хозяйка двухкомнатной  квартиры.

Зашел внутрь и сразу увидел следы потопа. Отслоившиеся обои на стенах, сырость, повсюду тазики, тряпки. Это на случай новой протечки. Мы сели на диван, и Елена Ивановна поведала о неприятной ситуации и вообще о своей жизни. А иначе никак, так как въехала она в эту квартиру еще будучи ребенком. 

В этом году моей собеседнице исполнилось 63 года. Родилась она в деревне Марьино-1 Рязанского района, недалеко от деревни Турлатово. Потом на свет появился ее младший брат.

– У родителей был частный дом, – рассказала Елена Ивановна. – Но они хотели переехать в Рязань. Мама и папа купили вот эту самую кооперативную квартиру. Вернее, когда они квартиру купили, дом еще не был готов. В 1972 году его достроили. Помню, как родителям дали ключи от квартиры. И я приехала в Рязань насовсем – училась в десятой школе в пятом классе.

По словам женщины, тогда она в силу возраста много чего не понимала. Однако помнит, как другие жильцы говорили, что дом не доделан.  Например, крыша, с их слов, была без утепления. Но родители в любом случае были рады переезду. 

– В общем, отец, мать, я и брат жили здесь. Потом братишка женился и от нас уехал. Потом мой папа сильно заболел – проблемы с легкими, – вспоминает женщина. – Он и мама снова переехали в деревню. Хорошо, что они не продали этот дом в Марьино-1. Папа умер, но мама все равно не захотела обратно возвращаться в город. Так что я осталась хозяйкой этой злополучной квартиры.

Как рассказала Елена Ивановна, в 1985 году она встретила будущего супруга. Вскоре они поженились и стали жить в этой квартире. У пары родилось трое детей. Они давно уже создали свои семьи и съехали от родителей. Муж моей собеседницы работал водителем в «Водоканале», а она – продавцом в магазине. Жили они, как говорится, душа в душу. Но все перечеркнула болезнь супруга. В 2002 году мужчина попал в больницу и после операции скончался.

Но женщина не могла позволить себе унывать, ведь ей еще предстояло поднять на ноги детей. Она работала в «Водоканале», потом

12 лет – кондуктором троллейбуса. Трудилась там даже уже выйдя на пенсию. Лишьпереболев в прошлом году ковидом, она уволилась. К тому же старенькая мама захворала, и ее пришлось перевезти в Рязань. Здесь дочь могла за ней ухаживать. Но городская жизнь не заладилась.

– А когда произошли  первые протечки? – спросил я.

– С начала постройки и до 2002 года их не было, – говорит Елена Ивановна. – А вот как скончался супруг – появилась сырость, плесень на стенах. Но эти протечки были несильные, хотя тоже мороки много. В 2009 году нам сделали капитальный ремонт по федеральной программе. Где-то лет 8–9 протечки нас не беспокоили. А потом как началось…

По словам женщины, однажды летом 2018 года она пришла домой, открыла дверь и увидела огромную лужу на полу. Посмотрела на потолок, а с люстры капает вода. Нужно отметить, что в тот день была сильная гроза. Хозяйка сразу же позвонила в управляющую компанию. Там сказали, что разберутся. Но, осмотрев квартиру, сотрудники толком ничего не сделали. И когда снова пошел дождь, вода снова просочилась в квартиру.

– Потом от сырости на стенах отошли обои, – сообщила хозяйка. – Как дождь – так ставлю в комнатах тазы. Зимой тоже беда просто. Как оттепель – опять новые наводнения в квартире. А управляющая компания молчит. Снег с крыши не убирали. Ужас просто! Я-то не специалист. Может, и крыша худая. Может, еще что-то. А они бездействовали и продолжают бездействовать.

Елена Ивановна добавила, что потопы случаются не только в ее квартире. Оказывается, у ее новой соседки, которая въехала сюда несколько лет назад, все еще хуже. Дорогой ремонт был загублен водой. Услышав об этом, я хотел поговорить и с этой женщиной, но на тот момент ее не было дома.

– У соседки ливневая труба проходит через ее квартиру, – отметила рязанка. – Как раз там, где кладовка. И опять мокрые стены и сырость. Никто не хочет этим заниматься. Ну а как так? Мы же платим за содержание жилья. В общем, крыша нашего дома окончательно пришла в негодность.

Хозяйка рассказала, что управляющая компания говорила, что дело не в крыше.

– А откуда тогда залития? Мы же это не придумали. Мама стала задыхаться. Со 2-й группы инвалидности она перешла на 1-ю. И у нее было несколько микроинсультов. В итоге пришлось уехать из городской квартиры в деревню. А если я езжу в областной центр, за мамой присматривают соседи, ведь сама она не может ни приготовить еду, ни помыться. В общем, делать было нечего, и я подала иск в Октябрьский районный суд.

Также Елена Ивановна наняла адвоката. Было 12 заседаний. Сначала, по словам женщины, сотрудники управляющей компании на заседания не являлись… Говорили, что не получали повестку. Потом все-таки пришли. Как рассказывает Елена Ивановна, представители УК уверяли, что виноваты... пластиковые окна, которые она установила в квартире. Мол, из-за них не проходит воздух. Но сама она считает, что дело в крыше.

– Еще в апреле 2021 года все суды я выиграла, –  сказала в конце беседы горожанка. – Судья определил стоимость восстановления ремонта. УК заплатила мне деньги – 200 тысяч рублей. Это включая затраты на адвоката.  Деньги находятся на моем счете. А воз и ныне там. Я снова пришла в компанию. А там сказали следующее: «Деньги вам же выделили на ремонт. А почему вы не  сделали?» Ну вы серьезно?  Я сделаю ремонт, а протечки продолжаются. Да и сумма не такая уж большая. И протечки не только в комнатах, но и на кухне, в туалете и в ванне. В общем, какой-то замкнутый круг. На прошлой неделе ко мне в квартиру приходил следователь из Следственного комитета.  Он все фотографировал. Я ему рассказала о ситуации. Надеюсь, что помогут. Господи, когда же все это закончится? Я так хочу

прийти домой, а в квартире все будет сухо и тепло. И чтобы ни сырости, ни плесени. Мне хочется уюта, а не это вот все.

Когда номер готовился в печать, я связался с Еленой Ивановной, чтобы узнать, не было ли у нее еще протечек. Оказалось, что это снова случилось 28 июня в комнате, где мы с ней беседовали. Вода лилась в том месте, где висит люстра. 

Николай СКРИПКИН, Рязань

Комментарий специалиста

Отвечает председатель Рязанской ассоциации зашиты прав потребителей «Человек» Олег ПОПОВ:

– Ко мне не раз обращались жильцы последних этажей с жалобами на протекающие крыши. Некоторые из них из-за этого страдают легочными заболеваниями. Дети в том числе. У кого-то аллергии потом переходят в бронхиты. В итоге решать проблему приходится с судах.

А по поводу Елены Ивановны Табеевой. Ей надо обратиться в Госжилинспекцию, в Управление Роспотребнадзора. Нужно привлечь управляющую компанию к административной ответственности за неисполнение. Нужно зафиксировать тот факт, что дом фактически не подготовлен в эксплуатации, не выполнены работы по подготовке к отопительному сезону. Ведь крыша протекает, стены сырые. Жить в таком помещении невозможно. Административный штраф на адрес руководства УК может составлять несколько сотен тысяч рублей. А если будет штраф наложен на саму организацию, то сумма будет значительно больше.

Фото: Николай Скрипкин