Женщина вышла в ремиссию после постановки диагноза «онкология» и пережила мужа

Семья снова зажила вместе. В 1958 году Анна Васильевна вышла замуж за односельчанина.

– У меня фамилия Райденкова, и вышла замуж я за однофамильца – Райденкова, – смеется Анна Васильевна. – Мы даже на одной улице жили. Родственниками не считались.

В браке у Анны Васильевны и ее мужа Вениамина Павловича родились трое детей: старшая дочь Галина, средний сын Вячеслав (погодки) и самая младшая – Наталья, у нее разница в возрасте с братом и сестрой 14 и 13 лет соответственно. – Муж всегда говорил, что детей должно быть трое, – сказала Анна Васильевна. Райденковы жили всю жизнь в родном селе, у них было несколько огородов, коровы, свиньи, куры, утки. Глава семьи трудился токарем, а Анна Васильевна поработала и поваром в детском саду, и в больнице санитаркой. Свободного времени с детьми, хозяйством и работой было мало, поэтому задумываться о болезнях было некогда.

Когда дети выросли, Анна Васильевна сидела с внуками.

– Мама никогда не отказывалась посидеть с детьми. Они могли жить у нее неделями. И самое главное, им нравилось находиться в деревне – свежий воздух, бабушка вкусно накормит – блинчики, пирожки… Помню, заболела сильно, так моя дочка, которая была еще на грудном вскармливании, у нее жила две недели. Потом еще таких моментов было много, – говорит Наталья, младшая дочь Анны Васильевны.

Все было хорошо, пока в 69 лет, в 2009 году, Анна Васильевна не узнала, что у нее онкология.

– Я плохо себя чувствовала. С детства живот болел. Если бы я вовремя пошла к врачу, может, и не было бы ничего. В больнице работала и не обращалась. Терпела-терпела, и до приступа дотерпелась – не лечь, не встать – так сильно болел живот. Вызвала врача, она мне лекарства назначила и сказала, что если лучше не будет, то вызывай скорую. Мне тогда легче стало, потом через некоторое время опять то же самое повторилось. Сын Славка вызвал врача, та направила меня в больницу в Кинеле. Меня повез сын, – вспоминает Анна Васильевна.

В медучреждении женщине оказали всю необходимую помощь и отпустили домой. При этом врач назначил колоноскопию. «Сколько раз я ее потом делала! Причем без наркоза», – вспоминает Анна Васильевна.

– Врач сказал после обследования: «Садитесь. У вас рак». Оказалось, что у меня онкология – рак третьей степени. Как я отреагировала? Да я сама знала! Догадалась, когда все эти процедуры делали. Думала, что все – признают, что у меня рак. А что? Мне уже 69 лет. Доктор сказал мне, что нужно делать операцию. Я ему ответила: «Да я уж старая». А он мне: «Ничего не старая». Он все расспросил. Задал вопрос: «У вас дети есть? Ухаживать есть кому?» Потом сказал: «Ну раз есть, кому ухаживать, то давайте операцию». Сама я решить не могла. Тогда врач пригласил на беседу младшую дочь и сказал, что нужно делать операцию как можно быстрее, буквально завтра, и что он нам поможет. Очень помог. Спасибо ему большое.

Анна Васильевна показала мне свою медкнижку. В ней был написан диагноз от хирурга: рак толстой кишки 3 стадии без метастаз. После Анна Васильевна позвонила детям и рассказала, что врач назначил ей операцию.

– Начали хлопотать. Я сдавала необходимые анализы.

Операция была назначена на апрель 2009 года.

 – Хозяйства большого такого уже не было на тот момент. Коров продали, огородов больших тоже нет – так, для себя. Куры были. За всем муж остался ухаживать. В больницу ко мне не приезжал, сказал: «Я за тебя тут молюсь».

Анна Васильевна лежала неделю в больнице для онкобольных в Самаре перед операцией в старом корпусе на Запорожской.

– На подготовке перед операцией я одна лежала, уход мне понадобился после операции. Боялась стать неходячей, немощной. Приходил врач перед операцией, я ему говорю: «Ой, так волнуюсь. Ночь спать не буду». Он ответил: «Будешь». И я спала! Пошла на операцию как ни в чем не бывало. Честно, не помню, делали ли мне какие-то успокоительные или нет. Перед операцией ничего есть было нельзя. Я все соблюдала. Пила все лекарства, поэтому все хорошо и обошлось, – вспоминает Анна Васильевна. – Галя, старшая дочь, у меня медработник, постоянно повторяла: «Мам, соблюдай, мам, блюди».

Анна Васильевна накануне испытывала страх перед неизвестностью. Больше всего ее пугало слово – «онкология». «Ложилась спать и боялась, что не проснусь», – говорит Анна Васильевна.

– Зашла в операционную, сама залезла на приступку, легла. Врач делал укол в спину – больнючий! Как сейчас помню. Я вскрикнула. Врач сказал: «Сейчас не будет больно». Спросил, сколько детей, я ответила, затем велел посчитать до десяти. Я не успела – и отключилась. И все! Ничего не помню! Совершенно!

Операция прошла успешно.

– Дочки все время были со мной. Галя днем, а Наталья ночью. Правда, спать там было негде. Наташа из коридора приносила стулья и ложилась на них. Хотя я так храпела, что она не спала, просто лежала рядом, держала за руку, – вспоминает Анна Васильевна. – Утром она уезжала, приходила Галя. В палате было пять или шесть человек больных женщин. За всеми ухаживали. Все пожилые, одна была молодая, но она, к несчастью, не выжила, – вспоминает Анна Васильевна.

Причем самым неприятным для Анны Васильевны стала даже не операция, а колоноскопия. Она удивилась, когда я рассказала ей, что сейчас эту процедуру делают в клиниках под наркозом по желанию пациента и человек не испытывает дискомфорта.

– Я недолго пролежала в больнице после операции. Соблюдала все рекомендации врача, – рассказа Анна Васильевна.

Наталья, присутствующая при нашем разговоре, привела пример:

– Соседки мамы по палате, тоже онкобольные, очень захотели овощи и решили, что ничего страшного, если они съедят пару долек соленых помидор или огурцов. А это было строго запрещено, врач их предупреждал. Им потом было очень плохо.

 На пятый день после операции к Анне Васильевне зашел врач и сказал: «Ты что лежишь? Надо вставать потихонечку, ходить. Уже пора».

 – Но я не могла! Мне нужно было, чтобы со мной кто-то был. Какое-то состояние такое… Даже иду на перевязку – дрожу, не могу. Галя меня ведет. Поддерживает меня, а мне прям плохо – было очень страшно. Врач говорил: «Не надо бояться! Что будет, то будет».

После операции у Анны Васильевны настал новый этап лечения – курс химиотерапии.

– Мне подошло это лечение. Дети возили меня в Самару в онкоцентр. Каждые две недели проводилась химиотерапия. Шесть месяцев она длилась. Это как капельница, ничего неприятного. Да, волосы выпадали, но я не облысела. Аппетита не было. Стала худая, как палка. До заболевания я всегда была в теле.

Анна Васильевна рассказала, что первый год после операции огородом не занималась, только спустя несколько месяцев начала собирать картошку, которую посадили ее дети и муж.

– Были приступы и после, – вспоминает Анна Васильевна. – Прям схватит живот – не могу. Пришла с церкви, и прям плохо мне. Женщина рассказала, что после операции начала систематически ходить в сельскую церковь (Церковь Казанской иконы Божией Матери – Прим. авт.)

– Так и ходила каждый день в восемь часов. Утром они читают молитву, я стою с монахиней, кто читает. Помогала в церкви. Они меня оставляли на дежурство. Заказы принимала, убиралась. Сейчас не хожу, – сказала Анна Васильевна.

Все рекомендации врача она выполняла: пила назначенные лекарства, делала уколы. Наступила ремиссия. Я спросила Анну Васильевну, как она живет теперь, напоминает ли рак о себе.

– Привыкла жить с онкологией. Сперва ложилась спать, на уме эта болезнь. Боялась ее. Сейчас забыла, не вспоминаю, иногда живот болит, и тяжести нельзя поднимать.

 Сейчас у женщины ремиссия. Одно из увлечений пенсионерки – огород. Анна Васильевна в свои 83 года сажает, собирает урожай. К сожалению, муж Анны - Вениамин умер в прошлом году, в июне. Анна Васильевна очень переживала, с мужем она прожила 64 года.

– 9 ноября мне исполнится 84 года. У нас всегда народ дома. Мои дети приезжают на несколько дней, остаются ночевать. Одну субботу пропустят, и мне надо кого-то. В этот день я начинаю прибираться, готовить перед приходом гостей, – говорит Анна Васильевна. – Каждый день Бога благодарю, что выжила. И, конечно, врачей.