Участкового-убийцу из Рославля выдала расписка: подробности громкого дела
Около 21:00 6 апреля 2017 года Галина Петровна Соломина направились к общежитию по улице Заслонова. Женщина нервничала – 37-летняя Светлана, младшая дочь Галины в течение дня не выходила на связь. Молчал и телефон ее сожителя 80-летнего Николая Губовкина.
Едва переступив порог комнаты, Галина Петровна наткнулась на тело дочери. Светлана лежала на полу в неестественной позе, вокруг головы растеклась лужа крови. Чуть поодаль, также в крови, неподвижно лежал ее гражданский муж. Прибывшие по вызову оперативники рапортовали: на трупах выявлены множественные травмы головы. Убийство было совершено с особой жестокостью.
При осмотре помещения выяснилось, что исчезла крупная сумма денег. А под телом убитого полицейские обнаружили странную записку «Расписка. Я, Губовкин Николай Семенович, имею денежные средства…» На этом запись обрывалась.
Из показаний Галины Соломиной:
«Губовкин получал хорошую пенсию. Со Светой они деньги особо не тратили: мало куда выходили, иногда выпивали. Как рассказывала дочь, погибший копил средства им на домик в деревне. Вообще он был очень прижимистый и потратить за несколько дней 75 тысяч наличными, которые у него были, не мог».
Точную сумму средств, хранившихся у Губовкина, могли назвать многие: и родственники, и соседи. Дело в том, что неделей ранее, 30 марта в общежитии случился скандал. Пока Света и Николай спали, из их комнаты исчезли купюры, которые чета оставила на столе. Прибывшие на вызов полицейские нашли часть суммы спрятанной за креслом, а часть – у женщины, которая сдавала комнату Николаю. Она их вернула добровольно. Вопрос тогда решили полюбовно.
Рассказывая об этом следователям уже после убийства, мать погибшей вспомнила, что накануне гибели дочь звонила ей и жаловалась: «Представляешь, после скандала к нам повадился ходить участковый. Не наш, а с прежней квартиры. Приходит и одалживается, но деньги плохо отдает». Как выяснится позже, о том, что у Губовкиных есть деньги, полицейский узнал от коллеги в бытовом разговоре. В ответ на жалобы дочери Галина Петровна посоветовала Свете брать расписку с него.
По прежнему месту жительства погибших уполномоченным был улыбчивый 30-летний Анатолий Правкин, который как раз номинировался на звание «Народный участковый». И на тот момент, кроме слов Галины Петровны, поводов подозревать его не было. Но следователи взяли Правкина на карандаш, а подозрительную записку, лежавшую под трупом, направили на экспертизу.
Не прошло и месяца, как Рославль потрясла новость еще об одном убийстве. В 165-м квартале нашли мертвым приехавшего из Санкт-Петербурга моряка. И снова за неделю до преступления жертва обращалась в полицию.
36-летний Александр Статцев находился на малой родине по просьбе мамы. Пенсионерка по состоянию здоровья легла в больницу и попросила сына пожить в ее квартире.
30 мая, вернувшись с прогулки, Александр заметил на входной двери следы взлома. Не заходя в квартиру, он вызвал полицейских. К нему выехал наряд, пришел и участковый – Анатолий Правкин. Но выяснилось, что из дома ничего не пропало: Статцев при сотрудниках органов полиции пересчитал свои сбережения и подтвердил – взятые с собой на расходы в Рославль 70 тысяч рублей на месте.
А 5 июня, в день выписки матери из больницы, он перестал выходить на связь. Пенсионерка приехала домой, открыла дверь и увидела на кухне тело сына в луже крови. Эксперты насчитают не менее 19 ударов в области лица и головы, которые были нанесены тупым предметом, возможно, молотком.
Из показаний потерпевшей Стацевой:
«Саша в городе уже не помнил никого, так что гостей не принимал. Мог открыть только мне или полиции по вопросам его заявления. Он даже почтальона с пенсией впустил не сразу, хотя я предупреждала, что мне принесут деньги».
При осмотре места преступления ни пенсии Статцевой, ни наличных самого погибшего полицейские не нашли. В общей сложности пропало 85 тысяч рублей.
Как участковый, Правкин также присутствовал на вызове по убийству, правда, в квартиру подниматься отказался. Коллеге сказал, что лучше пойдет и опросит соседей.
Вскоре после второго убийства пришли результаты дактилоскопии по расписке из общежития. Помимо отпечатков пальцев погибшего Губовкина, на листе обнаружились и посторонние. Они принадлежали Анатолию Правкину. Видимо, когда Губовкин писал текст в надежде, что участковый подпишет расписку о взятии долга, его и убил Анатолий.
Следователи начали опрашивать знакомых и коллег участкового. И тут выяснилось – полицейский должен денег буквально половине города, у него имеются просрочки по выплате кредитов в ряде банков. Кроме того, пользуясь знакомством с сотрудником компании микрозаймов, Правкин взял кредит на имя отца без его ведома, а в контактах указал свой номер телефона. Так что о начисленных за неуплату пени пенсионер, переживший инсульт, даже не догадывался.
А причина долгов – ставки на спорт. Опрошенные давали схожие показания: «Он постоянно был с телефоном в руках»; «Делал ставки на спорт и в Интернете, и ходил в букмекерскую контору»; «Ездил ставить и снимать выигрыш даже ночью на дежурстве»;«Брал в долг одну-две тысячи по нескольку раз в неделю, говорил, что на ремонт машины». Осторожничая, на Интернет-ресурсе Правкин играл через аккаунт знакомого, а перехватывать умудрялся даже у сотрудниц букмекерской конторы.
Деньги игроману требовались постоянно - и круг заимодавцев пришлось расширить. Он начал обращаться к лицам, которые, в случае невозврата, не пойдут в полицию. Это стало известно после расшифровки его телефонных разговоров. Среди его кредиторов – мелкие нарушители закона и женщины, которых он знал по экзотическим «рабочим» псевдонимам.
Дальше – больше. Знакомый «одолжил ему деньги без точного срока возврата», а Правкин обеспечил ему выходные на работе – выписал повестки в полицию на эти дни. После такого же одолжения он составил положительную характеристику местной жительнице для свидания с мужем-заключенным. А у сотрудницы ломбарда взял золотую цепь, пообещав выгодно продать, но сам сдал украшение в другой ломбард, а деньги присвоил. Женщина обратилась в полицию по факту мошенничества.
К слову, по паспорту участкового помимо цепочки в магазин было сдано еще 23 ювелирных украшения. Только часть из них принадлежали матери подозреваемого – Анатолий «позаимствовал» драгоценности из семейной шкатулки.
Напрасно и молодая супруга просила Правкина продать машину, которая якобы постоянно нуждалась в ремонте – на деле автомобиль, вместе с документами, давно находился в залоге у частного заимодавца.
Собрав все эти сведения, 13 сентября 2017 года Анатолия вызвали на дачу показаний – его подозревали в убийствах. И первое, что сделал участковый – схватился за телефон и отправил жене сообщение: «В шкафу сверток. Выброси немедленно». Уже через полчаса в квартире Правкина был произведен обыск. В мусоропроводе обнаружился пакет, а внутри него – 23 боевых патрона калибра 9х18мм.
Полицейского задержали. На изъятой при обыске форме эксперты обнаружили замытые пятна крови, принадлежавшей убитому моряку – так появились улики и по второму убийству.
В сентябре 2017 года была проведена служебная проверка: Правкина уволили. Также своих должностей лишились два сотрудника органов полиции, «допустивших просчеты в служебной деятельности».
Во время следствия родные Анатолия спешно пытались рассчитаться с кредитами сына. В общей сложности всплыли долги на сумму, приближающуюся к миллиону рублей. Свое финансовое состояние Правкин все это время успешно скрывал от близких.
Знакомая семьи Правкиных рассказала следователям, что азартность у подозреваемого может быть наследственной. Когда Анатолий был еще ребенком, отец брал его с собой в зал игровых автоматов. Там Правкин-старший мог спустить половину зарплаты. А потом жаловался на самого себя коллегам-водителям. Позже родители Анатолия развелись, но интерес к легким деньгам, видимо, у мальчика остался.
— 18 мая 2022 года Смоленский областной суд признал Анатолия Правкина виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство двух и более лиц из корыстных побуждений, сопряженное с разбоем), п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (разбой – 2 эпизода), ч.1 ст.222 УК РФ (незаконные приобретение и хранение боеприпасов), ч.2 ст.159 УК РФ (мошенничество), — сообщила Наталья Холодкова, старший помощник руководителя СУСК РФ по Смоленской области.
— Виновному назначено наказание в виде 22 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год, — пояснила Юлия Казакова, старший помощник прокурора Смоленской области.
Также суд удовлетворил гражданский иск одной из потерпевшей, взыскав в ее пользу с подсудимого в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей.
Маргарита ВАСИЛЬЕВА, Рославль
(Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены по этическим соображениям. – Прим. ред.)
