«Проснулся в реанимации. Оказалось, Серега налил мне  в шприц заварку»

Максим Пантелеев шесть лет сидел на героине, жил в наркопритоне, резал вены и пытался повеситься. Но избавился от зависимости, создал свой бизнес, обрел семью и теперь помогает другим бросить наркотики.   ОТ АВТОРА: историю Максима Пантелеева мне рассказали в «Центре социального восстановления», где помогают алкоголикам и наркоманам победить зависимость. Там же мне дали телефон парня, которому я позвонила 15 октября и пригласила в редакцию. На предложение пообщаться с газетой Максим откликнулся охотно.  Глядя на этого доброжелательного 35-летнего молодого человека с обезоруживающей улыбкой, сложно поверить, что за плечами у него страшный опыт героинового наркомана и две попытки суицида. Однако сам Максим без утайки рассказывает, что первый раз попробовал героин еще в школе, в 1994 году, когда ему было 14 лет. Семья Максима жила в сибирском городке Междуреченске, где в лихие 90-е царили бандитские порядки. Мальчики мечтали, когда вырастут, стать не космонавтами, а авторитетами. 14-летний подросток прибился к местной шпане, которая курила, пила, кололась и тащила все, что плохо лежит. Максиму хотелось ни в чем не отставать от старших товарищей. Однажды желание доказать, что он не «лох», взяло верх над здравым смыслом. «За компанию» мальчик попробовал героин. — Горя никто не ждал. Хорошая семья. Папа - начальник угольной шахты, мама — домохозяйка, я — единственный любимый сын. Началось все в 9-м классе: мои тогдашние «друзья» сперли где-то кучу цветмета и «обмывали» приобретение, - начал свой рассказ Максим. - Кто-то достал шприцы, вся компания закатала рукава и начала вкалывать себе наркотик. Я спросил: «Что это?» Они расхохотались: «Сейчас сам узнаешь». Мне протянули шприц.  Так и началась история его шестилетнего романа с героином. Сначала Максим употреблял редко, от случая к случаю, когда бесплатно угощали друзья. Спустя полгода у друзей настали тяжкие времена: половину компании поймали на очередном мутном деле и посадили за решетку, и Максиму пришлось самому искать деньги на дозу. — У всех наркоманов похожие истории. Раз - понравилось... два...три…десять... Я не воспринимал героин как что-то опасное, играючи относился: это все чушь, никакой зависимости у меня нет, - продолжает мой собеседник. - Захочу - буду, не захочу - не буду.  Когда пришла первая ломка, Максим перестал воспринимать героин как игрушку. Парень понял, что увяз по уши. — Я не знаю, как вам объяснить, что такое ломка. Это жуткая боль, и ради того, чтоб она прекратилась, ты готов на все. Украсть, убить - лишь бы денег достать и дряни еще купить, - вспоминает Максим. Прошло два года. 16-летний парень пока не производил впечатление опустившегося наркомана. Родители не догадывались ни о чем, он продолжал ходить в школу и худо-бедно учиться. На вопросы мамы «Что это у тебя за синяки на руках?» Максим врал, что комары покусали, порезался или упал. Голь на выдумки хитра, а наркоман — еще хитрее. Но долго это продолжаться не могло. Родители узнали, что их сын «сидит» на героине, после того, как нашли его в реанимации.  - У меня был сотрапезник Серега, с которым мы вместе кололись. Мы варили «ханку» - наркотик коричневого цвета на основе мака, - вспоминает герой нашей истории. - Сделали дозы, разделили на двоих, а я в туалет пошел. Возвращаюсь — Серега уже весь шприц вколол и на полу лежит, приход ловит. А моя часть на столе лежит: я вкалываю и понимаю, что это не раствор, это что-то другое. Голова на части раскалывалась, конвульсии били, отключился. Проснулся в реанимации, мать заплаканную увидел. Оказалось, Серега налил мне в шприц чайную заварку, чтоб ему наркоты больше досталось. У наркоманов нет друзей, их единственный друг — героин. После того, как правду узнали родители, Максим не хотел жить. Парень ушел из дома, начал скитаться по наркопритонам. - Как в бреду помню эти вечно грязные затхлые квартиры, в которых мне пришлось жить. Иногда у меня не было своих шприцев, и я подбирал использованные на полу, споласкивал под краном и кололся ими. Я уже бросил школу и окончательно опустился. Так прошло три года. Зимой 1998 года парень совершил первую попытку самоубийства. - Я собрал вещи, оставил родным записку, в которой умолял меня простить, и поехал на другой конец города, где у нас был район хибар, - продолжает свою историю Максим. - Зашел в подъезд, где жил мой знакомый. Залез на чердак и перерезал вену на руке. Кровь хлестала вверх фонтаном, белые кроссовки стали красными. Облокотился о стену, закурил сигарету и начал засыпать. Парня чисто случайно нашли рабочие, которые приехали ремонтировать крышу. Максима успели откачать, но как только он оклемался, решил снова свести счеты с жизнью, на этот раз с помощью старого доброго героина. - У наркоманов в обиходе есть фраза «золотой укол» - последний укол, за которым следует смерть, - продолжил рассказ Максим. - Я ввел себе троекратную дозу героина, но опять выжил.  Спустя год, в 1999-м, последовала очередная попытка — на этот раз парень решил повеситься в старом заросшем парке. Но веревка оборвалась. А Максим решил, что судьба дала ему еще один шанс, и попытался сам бросить героин. - Меня хватило на неделю. Потом пришла ломка, начало выкручивать суставы, - вспоминает Максим. - Я сорвался, снова пошел в гости к своим друзьям-наркоманам, где мне дали ширнуться.  Денег катастрофически не хватало. Ради наркотиков Максим шел на преступления — в его послужном списке две судимости за воровство и разбой.  В голове зрела мысль, что так дальше продолжаться не может, что нужно что-то менять. Но сил побороть свою тягу не было.Однажды он случайно он встретил на улице бывшего «соратника» по притонам, и тот сказал ему, что бросил отраву благодаря реабилитационному центру. Максим решил попробовать. Позвонил, и его согласились принять.Зимой 1999 года Максим начал проходить курс реабилитации. «Центр социального восстановления» представлял собой несколько домов в сгоревшей деревне, где содержали наркоманов. - Кроме зависимых и кураторов там никого не было. Глушь. До ближайшего магазина 12 километров по заснеженному полю, - продолжает Максим. - Даже если захочешь уколоться - неоткуда взять. Либо терпишь, либо совсем уходишь, назад, в притон. У нас был жесткий распорядок дня. Жизнь в деревне - не курорт: мы сами ходили за дровами, обрабатывали огород и вели хозяйство. Мало-помалу парень стал отвыкать от наркотиков. Долгий срок ремиссии показал, что зависимость от героина прошла. После лечения Максим остался в центре уже на позиции куратора и волонтера. Ездил с единомышленниками по городам и весям, показывал наркоманам на своем примере, что бросить эту заразу — реально.В 2009 году, когда решили открыть филиал центра в Тамбове, Максим вызвался поехать в наш город на ПМЖ. Здесь он начал развивать реабилитационный центр и поступил в Державинский университет на заочное отделение. В его институте методистом работала красивая блондинка Настя: она с первого взгляда понравилась нашему герою, и он позвал ее на свидание. Девушка согласилась, но в последний момент чуть не сбежала из-за чересчур экстравагантного вида избранника. - Я хотел впечатление на нее произвести. Друга с «мерседесом» попросил нас забрать, нацепил свой старый блатной френч, выхожу из машины, зубом золотым сверкаю. Она меня издали увидела - и побежала. Я — за ней: «Настя, что случилось?» Оказалось, она меня просто испугалась. Уже потом мне рассказала: «Ты на бандита был похож. «Мерседес», зуб золотой». Но в тот вечер я все-таки уговорил ее со мной в кафе сходить, и она поменяла свое мнение.Спустя год встреч Максим сделал Насте предложение: на последние деньги купил золотое колечко, из-за чего ему пришлось идти ночью домой через весь город пешком — на такси денег не было. Спустя пару месяцев после свадьбы Настя забеременела. В 2011 году у молодоженов родился сынок Алеша, а спустя три года опять случилось пополнение – дочка Наташа. Чтобы любимая жена ни в чем не нуждалась, Максим организовал собственный бизнес — агентство грузоперевозок. Сейчас у Пантелеевых счастливая семья, дом — полная чаша и любимая работа. Максим продолжает заниматься с зависимыми людьми: благодаря ему больше сотни наркоманов бросили употреблять.