Думала, он станет отцом для ее детей – а он сделал их сиротами
Красивый и видный, Роман заставил затрепетать сердце 32-летней женщины. Ладно, что сидел когда-то в тюрьме, ерунда, что без жилья – главное, чувства. С ним было уютно и надежно. И детки, никогда не видевшие в доме мужчину, мгновенно приняли его за отца.
2-летний Артемка и 4-летний Сашка ладно, еще маленькие – им любой хорош. А вот старшенькая 8-летняя Катя была девочкой своенравной и себе на уме – и та тянулась к «дяде Роме». И как-то даже спросила: «Можно мне называть вас папой?».
«Да как хочешь называй» - беззаботно отмахнулся тогда Роман, но Надя подумала, что он просто пока не привык к такому «детскому саду». Обвыкнется и все наладится – так рассчитывала женщина. И ошиблась.
Уже спустя пару недель совместной жизни стало ясно – Роман абсолютно безразличен к детям. Более того, хмурился от детского гомона. Злился, бурчал. Надя начала волноваться – поначалу тянувшиеся к Роману детки словно почувствовали, что он… не папа. И теперь подходили к нему все реже.
А потом… Однажды Надя заметила, что когда Роман пришел домой, дети, игравшиеся в зале, как по команде испуганно юркнули к себе в комнату. Заметила то же самое и еще раз. Задумалась.
Начала по-новому присматриваться к своему «настоящему мужику». Если поначалу отсутствие работы, тяга к спиртному и покрикивание на нее и на деток казались ей делом временным – теперь стали тяготить.
В тот вечер она пришла с работы, надеясь, что ее, как обычно, встретят радостные ребята и Роман. Однако, никто не вышел навстречу. Роман сидел на кухне нахохлившийся и пил водку.
Заглянула в детскую. И замерла. Все трое зареванные. А на лице 4-летнего Сашки – синяк в половину лица.
«Откуда это?». «Он к Кате приставал. – сказал мальчик, потирая щеку. – А мы с Артемкой ее защищали. Вот он меня и побил».
Все, что происходило дальше, Надя помнит смутно. Очнулась лишь на допросе у следователя. Побежала на кухню, где сидел этот… Схватила то, что подвернулось под руку… Замахнулась, потом еще и еще…
На шум прибежала соседка, увидела, вызвала «скорую». Романа довезли до больницы, двое суток тащили его с того света. Не вытащили.
В отношении Нади завели уголовное дело по серьезной статье – до 15 лет лишения свободы.
На платного адвоката денег не было, но и назначенный бился, как лев. Аффект, преступные намерения потерпевшего и наличие у Нади троих несовершеннолетних детей – вот то, за что до последнего цеплялся защитник на суде, пытаясь добиться того, чтобы его клиентку не лишили свободы.
Надеялась на это и Надя – у нее не было близких родственников, которые могли взять на воспитание ее детишек.
Суд учел все смягчающие обстоятельства – поэтому по данной статье наказание можно считать «ниже нижнего». Семь лет колонии общего режима. Из зала суда Надю вывели под конвоем.
Адвокат пообещал апелляцию. А Надя уже знала, что ее ребятишек забрали в приют. И думала лишь об одном – хотя бы их вместе определили. Катюшка девчонка самостоятельная – она за младшенькими присмотрит.
А на обещание адвоката подать апелляцию отреагировало слабо. Хотя потом подумала – а вдруг…
Вдруг не вышло. Вышестоящая инстанция оставила приговор в силе. Так что, впереди у Нади семь лет женской колонии. И надежда на то, что когда-нибудь она вернется и придет за своими уже подросшими детками.
Узнают ли? Простят ли? Она ведь всего лишь хотела для них папку. А оставила и без мамки…
