Родители думали, что у дочки режутся зубки, но врачи диагностировали: «рак»

Несколько дней назад в редакцию обратились волонтеры благотворительной организации, рассказавшие грустную историю семьи Есефьевых из Коврова. Молодые люди три года назад поженились, а вскоре у них родилась дочка Варя. Жило семейство хорошо и счастливо, как вдруг на втором году жизни у малышки диагностировали онкологию.  

После долгих обследований девочку определили на лечение в Российскую детскую клиническую больницу, где вместе с мамой они находятся уже полгода. Я связался с Екатериной и Михаилом и вскоре выехал в Ковров – на встречу.

Дверь квартиры открывает глава семейства. Сейчас Михаил Есефьев трудится на местном мебельном производстве, а пару лет назад, когда стал встречаться с будущей супругой, был железнодорожником.

- Мы с Катей друг друга знали еще раньше – у нас была общая компания, - рассказывает Михаил. - Потом жизнь нас развела, но тут как-то под Новый год, кажется, в 2014-м, созвонились – вот так вдруг, даже не помню, из-за чего, начали общаться, встречаться… После съехались и стали жить вместе, а 16 января 2016 года сыграли свадьбу.

А 24 декабря 2016 года родилась Варя.

- А началось все у нас в июне прошлого года, - вспоминает Михаил. – Сначала Варя начала плакать по ночам, но мы как-то значения не придавали – думали, что режутся зубки, да и по времени было как раз. Но в полтора годика она вдруг стала плохо ходить – смотрим, а дочка держится за стенки. И еще у нее появился бугор на позвоночнике. Тогда мы отправились в новую частную клинику.

Врач осмотрела малышку и сразу сказала, что требуется сделать томографию, а пока предложила пройти курс физиотерапии и начать прием таблеток – якобы у детей такое иногда случается. А МРТ сделать можно было только во Владимире. Есефьевых поставили в очередь на конец октября.

- Нам дали направление на физиотерапию, - рассказывает Михаил. – Но после этого Варя вообще перестала ходить.

И тогда малышку послали в областную детскую клиническую больницу в неврологию.

- Врачи бегали, ничего не сообщали, а потом вышли и говорят: «Рак!» - вспоминает Михаил. – Тут же объяснили, что все очень сложно и надо ехать на лечение в Москву. А пока нас просто стали готовить к поездке – положили, проводили анализы.

Около месяца провели Есефьевы в ОДКБ. На тот момент девочка уже с трудом дышала, потому что опухоль размером с кулак давила на легкое. Помощь требовалась немедленно, но из-за дикой очереди на МРТ, куда невозможно было попасть даже за деньги, приходилось ждать. Екатерина обзвонила ближайшие города – Нижний Новгород, Иваново, но и там ничем помочь не могли – МРТ на вес золота. Наконец процедуру удалось пройти спустя 10 суток. А без этого исследования в столичные клиники ехать было невозможно.

- Едва получив документы, мы с тестем и тещей помчались без всяких направлений в Москву. Выехали ночью, а утром уже были в Национальном медицинском исследовательском центре детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Дмитрия Рогачева. Нас записали, взяли наши бумаги, а ближе к обеду собрался консилиум. К 16 часам к нам выходят и говорят, что все очень плохо, случай тяжелый, но мест нет. И отказали, - разводит руками Михаил.

Тогда Михаил с тестем помчались в НМИЦ онкологии имени Н.Н. Блохина.

- Отыскали детское отделение, а там регистраторы нам заявили, что шансов попасть к ним нет - что у нас денег на лечение здесь не хватит. Мол, все наши анализы тут – бумажки,

Но тут произошла радостная неожиданность - позвонили знакомые и сообщили, что Владимирская ОДКБ переслала копии документов в Российскую детскую клиническую больницу имени Н.И. Пирогова, и в РДКБ тут же согласились принять Варю на лечение!

Утром собрали вещи и привезли дочку в клинику. Катя осталась с дочкой, а Михаил уехал в Ковров.

- Варьке было совсем плохо, но уже на следующий день ей сделали биопсию и поставили дренаж в легкое – откачали жидкость, и малышка смогла нормально дышать, - рассказывает Михаил. – Оказалось, что опухоль распространилась в позвоночник, от этого дочка ходить и перестала, а физиотерапия и таблетки ей вообще были противопоказаны.

Варе поставили диагноз: низкодиференциорванная нейробластома забрюшинного пространства и заднего средостения - четвертая стадия.

- Мы прошли пять курсов химиотерапии, после которых опухоль стала операбельной, - продолжает Михаил. – Тогда Варе сделали операцию, которую проводил лично заведующий хирургическим онкологическим отделением РДКБ доктор Владимир Стрыков.

Хирурги работали четыре часа. Все это время Кате и Михаилу оставалось лишь ждать и надеяться.

- Уже после операции Владимир Александрович подошел к нам и сказал, что доволен ее результатами: было удалено как минимум 95% опухоли, больше удалить просто физически невозможно из-за особенностей болезни.

Уже наутро Екатерина сама перезвонила мне из РДКБ, чтобы рассказать последние известия.

- Врачи прогнозов никаких не дают, да и будет ли дочка ходить – тоже неизвестно.

Но сейчас у Вари состояние очень хорошее, почти как было до болезни. Она активная, много ползает, пытается вставать. Мы уже прошли все шесть курсов химиотерапии. А на следующей неделе пройдем КТ и MIBG. Если, дай Бог, все будет без метастаз, нас направят на пересадку костного мозга, а потом – домой на «сухую» химию – на таблетках будем «сидеть» около полугода, - обрадовала Варина мама.

Алексей КОТМЫШЕВ,

г. Ковров