ДОМОВОЙ БАБЫ АНИ

Одинокая старушка приехала в редакцию пожаловаться на нечистую силу, которая мешает ей житьОТ АВТОРА: с Анной КЛИМОВОЙ я познакомилась 26 октября 2015 года. Анна Петровна приехала в Вологду из Вожегодского района. С порога пожилая женщина начала плакать и жаловаться на свою судьбу. Мы попытались успокоить ее, усадили на стул, дали стакан воды и спросили, чем мы сможем помочь. Убедившись, что здесь ее никто не станет обижать, а выслушают и помогут, КЛИМОВА вытерла слезы и начала рассказ.Аня была у родителей младшей.- До моего рождения семья наша жила в деревне Пономариха Сямженского района, - рассказывала Анна Петровна. – А когда мне было два месяца, переехали в деревню Куриловскую Вожегодского района, папе там предложили работу в Явенгском леспромхозе. По рассказам мамы, после своего деревенского дома семье пришлось привыкать к бараку, это было непросто. Сегодня в Куриловской нет жителей, а тогда было народу полно.В 1941 году началась война, папа маленькой Ани ушел на фронт и почти сразу погиб: эшелон его шел в Ленинград, но доехать до места не успел, попал под бомбежку. По крайней мере, так написано в похоронке. Поэтому отца Анна не видела.- А мама верить в гибель папа не хотела, даже после того, как имя отца занесли в Книгу памяти Вожегодского района, - вздыхала старушка. – Так и ждала мужа до самой смерти. А дожила она до 88 лет.В 1956 году в Куриловскую из армии пришел местный паренек – Саша Климов.- Я тогда только выучилась в Вологде на пекаря и работала в деревенской пекарне, - вспоминает Анна КЛИМОВА. – Пекла булки, батоны, пшеничный и ржаной хлеб. А Саша шофером работал, приезжал к нам в пекарню за хлебом. Там меня и высмотрел. То есть знал-то он меня и раньше, часто гонял по деревне на совей «газочурке». Так он в шутку машину называл – бензина тот не было, так он топил печурку дровами, ан ней работал его автомобиль. Один раз я из школы возвращалась, а до дома далеко – 15 километров. Я с девочками шла, рукой ему помахала... Мол, подвези. А у него в кабине, смотрю, девица сидит – наш колхозный кассир. Саша только обдал нас облачном дыма да и умчался. Я потом часто ему этот случай вспоминала, он же только смеялся в ответ: «Что ж я свою тогдашнюю зазнобу должен был из кабины ради вас выкинуть?»Аня и Саша поженились, родились у них дочки, Таня и Ира. Потом, когда в Ючку переехали, еще одна дочка, Любушка появилась.- В 1967 году муж пошел в лес работать, - вспоминала моя собеседница. – А эта работа вредная, на пенсию Саша в 50 лет вышел. И умер рано, в 1997 году. Я больше замуж и не выходила. Лучше никого не найти, да и не нужен мне никто. Мы с ним вон каких дочек выучили, вырастили! И они хорошие, и мужья им достались прекрасные. У меня шесть внуков, семь правнуков. Две дочки в Москве, одна в Сямже.И тут Анна Петровна снова начала утирать слезы аккуратным белым платочком. По ее словам, с некоторых пор в ее доме, где она счастливо жила с мужем с 1988 года, начали происходить странные события.- Дом у нас в Ючке хороший, крепкий, - всхлипывала гостья. – И сосед был хороший, да умер в прошлом году, и теперь живет там его сын с семьей. И вот они начали зачем-то перестраивать дом, ломать бревна под моей комнатой. Оборудовал себе подвал. И ко мне полетели снизу комары и мухи. И все время дрель, пила и прочие инструменты работают. Прямо какой-то домовой объявился! Я бывает, выскочу, ругаюсь на него, а он молчит и дальше делает свое дело. Как жить? Скоро морозы, а снизу так дует во все щели!Климова недавно обнаружила, что пропали ее новые платья, юбки, а также мешок картошки и доски. Вот и пишет теперь старушка везде письма, ездит «в города», жалуется... И в полицию, и в сельскую администрацию. Мол, совсем нет жизни. А из собеседников – только социальный работник Тамара Алексеевна – Климова ласково именует ее «няней». И воду носит, и белье на реке Кубене полощет, и продукты для бабушки в магазине покупает.- Ты уж, дочка помоги, найди мне правду, пришли человека, в строительстве понимающего, - со слезами просила меня гостья. – Ночевать дома боюсь, пойду уж на вокзал, не обидят там меня.Бросать старушку в беде, которая самой нашей посетительнице представлялась огромной проблемой, мы не стали. Я тут же позвонила в сельскую администрацию.- К сожалению, Анна Петровна у нас не одна такая, таких старушек у нас постоянно пять или шесть, они все время куда-то жалуются, требуют к себе внимания, - печально вздыхает глава Ючкинского сельского поселения Ольга КИРЬЯНОВА. – Я называю это «синдромом одиночества», недостатком внимания. Я не раз была у нее дома и видела, что в квартире все нормально. Ни шума, ни комаров не заметила. Когда к ней приезжают дочки, она всем довольна. Да вы хоть у участкового спросите: он к ней, пожалуй, чаще других приходит.Участковый оперуполномоченный полиции Евгений СЕРГЕЕВ только вздохнул. Он вырос в этих местах и знает всех с детства.- Анну Петровну я прекрасно знаю, - сказал он. – Такая хорошая, работящая женщина была. А как одна осталась, беспокойства от нее много стало. Несколько раз она ездила даже на прием к руководству районной полиции. Может мне позвонить в 9-10 часов вечера и позвать на помощь, мол, сосед шумит. Недавно я приехал к ней поздним вечером, а в доме – тишина, соседи спали давно. Внимания ей не хватает, это да.Поговорила я и со старшей дочерью бабы Ани, Татьяной.- У мамы этот началось после операции: ей катаракту удалили в Вельске недавно. Думаю, это наркоз так подействовал, побочный эффект. А может, и возраст наступил такой – капризный, - рассуждает Татьяна. – Я много раз предлагала ей: мама, переезжай ко мне жить. Но она как-то прожила у меня год – и запросилась домой. Ей операцию надо делать и на второй глаз, но мы теперь боимся: не стало бы хуже.Мои собеседники пообещали уделять Анне Петровне больше внимания. Тогда, наверное, и домовой ее беспокоить перестанет.