МАРИНА ИЩЕТ НАСЛЕДНИКОВ

Вологжанка Марина Васильева хочет найти ребенка своего покойного сожителя, чтобы поделиться всем, что получили ее дочери после смерти отцаОТ АВТОРА: с Мариной ВАСИЛЬЕВОЙ я познакомилась в интернете 10 ноября. Она выложила на один из ресурсов свою историю. Я написала Марине и 11 ноября отправилась к ней домой в Долгий переулок.Деревянный зеленый домик, казалось, улыбался улице сверкающими окнами. В тот день выпал первый глубокий снег, и заметенный огородик, и калитка, и бревенчатое крыльцо выглядели в тот вечер очень уютно.Судьба Марины вполне может стать сюжетом многосерийного фильма.Родилась моя героиня за Полярным кругом, в поселке Северный на шахте Аяч-Яга.- Там у нас тундра, медведи, метели до небес и вечная мерзлота, - рассказывает Марина. – До Северного Ледовитого океана – всего 170 км. Правда, о родне вообще ничего не знаю: раньше мала была, не спрашивала у бабушки и деда, а теперь уж и спросить не у кого. По обрывкам бабушкиных разговоров с соседками поняла, что мама меня родила в 16 лет, а папе было 36. Все близкие были против их отношений. Кроме того, папа за что-то отсидел, и поэтому мама в какой- то момент сбежала от него в Бокситогорск. Еще знаю, что у отца были сестры-тройняшки: Вера, Надежда и Любовь. Надя умерла почти сразу после рождения, а две тетки у меня и сейчас есть. Но я с ними не общаюсь.Когда Марине было шесть лет, а ее брату Роме – четыре, мама погибла в автокатастрофе.– Помню только, что за нами приехала бабушка Нина Ивановна, папина мама, увезла прямо из дома в Воркуту, - говорит Марина. – Она сказала, что мама в больнице - и все. Всю жизнь бабушка проработала шахтной изолировщицей. Оказалось, была она человеком уважаемым, передовиком, про нее не раз писали местные газеты. Они с дедом, Юрием Петровичем, оформили над нами опекунство. Папа не мог нами заниматься: он работал в шахте, уходил в забой.Летом 1984 года в семье нашей героини произошла новая трагедия. 19 июля отец отправился в забой, хотя была не его смена. Он подменился с товарищем. На шахте случилась авария, и папа Марины погиб.- Что там произошло, мне точно не рассказывали, только бабушка потом всю жизнь упрекала меня в том, что ее сын погиб из-за меня, - говорит Марина. – Я должна была пойти в первый класс, и папа, мол, старался заработать побольше. Так мы с Романом остались круглыми сиротами.Спустя какое-то время сироты попали в Вологодскую область.- В Вожегодском районе в деревне Сурковской у бабушки оставался родительский дом, лето и начало осени мы проводили там, - продолжает Марина. - Помню как везли нас на тракторе по раздолбанной дороге. Сентябрь мы прожили там, в деревне я и в школу пошла. А на зиму мы приезжали в Воркуту. Домик в Сурковской был старый, топить печь в нем было опасно. Так и пошло: до апреля мы учились в Воркуте, а с 1 мая по 30 сентября перебирались на Вологодчину.За эти пять месяцев бабушка успевала вырастить урожай, выкормить и зарезать поросят.- На самом деле мне в воркутинской школе больше нравилось, - рассуждает Марина. – Потому что там выдавали обеды бесплатно как сироте. Бабушка старалась экономить, и дома в основном мы ели хлеб. Впервые я попробовала курицу, майонез, кетчуп, шоколадные конфеты в Вологде в 19 лет. Все это приносил гражданский муж. Хотя как-то потом бабушка проговорилась, что пенсия на нас превышала ее собственную в четыре раза.С будущим спутником жизни, Сашей, Марина познакомилась случайно. Родители купили ему, ларек на конечной остановке автобуса, где Марина с подругами часто садилась на автобус. Ей было 17 лет, ему 19.- Он влюбился, понял, что я сирота, пригласил меня подработать продавцом, - улыбается приятным воспоминаниям моя собеседница. – Был таким красавцем, яркими брюнетом. Сразу меня обаял, стал подкармливать. Мы оказались друзьями по несчастью. Его мама умерла от рака, когда Саше было 10 лет. Остались отец, сестра-двойняшка Света и старший брат Юра. Мы стали жить как муж и жена, но родным Саши это не нравилось, потому что я была бедной и в придачу – сиротой. Я плакала, а Саша уверял, что их мнение его не волнует.В один прекрасный день Марина поняла, что забеременела.- Саша, узнав об этом, попросил меня сделать аборт, - вздыхает Марина. – Он так и сказал: «Зачем тебе ребенок? У тебя ни жилья, ни работы. Жениться не могу, иначе отец отнимет бизнес. Давай расставаться». Такое предательство меня ошеломило: ведь он клялся, что вскоре заживем богато, будет семья.Марина уехала в Воркуту. Бабка и дед тоже внучке не обрадовались. А когда узнали, что она в положении, и вовсе устроили скандал. Примерно через месяц дед посоветовал Марине вернуться к отцу будущего ребенка.- Я прямо с поезда пришла к Саше. И он оттаял, обрадовался. Только и выдохнул: « Я знал, что ты вернешься». Снял квартиру на улице Панкратова, продолжил работать. Вот только его родня меня не признавала, Саша запрещал мне общаться с ними, да я и не стремилась, - утверждает Марина.Вскоре у Марины появились сомнения в Сашиной верности.- Почти перед родами я была дома одна, - вспоминает Марина. – В дверь позвонили, на пороге стояла красивая длинноволосая блондинка в белом пиджаке. Увидев мой живот, она отпрянула, как от пощечины. Потом справилась с собой, спросила Сашу. Я ответила, что он на работе. «А вы кто?» - спросила гостья. Я ответила, что жена. Девушка побежала вниз по лестнице, что-то заставило меня пойти за ней. Она стояла и рыдала в подъезде. Я попыталась успокоить ее, узнать, в чем дело. Но она закричала, чтобы я не подходила к ней.Вечером Марина устроила Саше допрос, но он ответил, что посетительница, видимо, ошиблась адресом. И Марина поверила. Тем более, что Саша предложил ей поменять квартиру. Сказал, что не хочет, чтобы беременную возлюбленную беспокоили неадекватные посетители.В другой раз Марина нашла в кармане брюк Саши письмо от женщины по имени Люда. Автор послания упрекала Александра, что она осталась одна без помощи, что у нее ребенок от него. Саша объяснил, что нашел письмо в почтовом ящике и покаялся: мол, прочитал из любопытства.- На конверте был указан адрес, - говорит Марина. – Я не поверила мужу – и пошла искать Людмилу в общежитии на улице Чехова. Так и не нашла эту девушку. А Саша опять нашел новую квартиру, и мы уехали жить на Октябрьскую улицу, а потом, когда родилась Светочка, он увез нас в Сокол.Марина работала в ларьке, Саша часто уезжал в Вологду.- Он стал относиться ко мне холоднее, а потом начал пить, - уверяет моя собеседница. - Сначала понемногу, потом все чаще. Отбирал все деньги, Светочку кормить было не на что. Он запрещал мне брать деньги из кассы на зарплату, ругал за то, что в супе мало мяса. А вскоре у нас родилась вторая дочка – Соня.Однажды гражданский муж Марины – в загс он ее так и не отвел – побил Марину и дочку. И тогда она сбежала от него в Вологду: там жили ее брат с женой. Ничего из вещей Александр взять не разрешил. Так и уехали Марина с детьми, в чем были. Через месяц молодая мать нашла работу, продала единственную золотую цепочку – подарок Саши, - и сняла жилье.- Этих денег хватило на три месяца, а потом я подала на алименты, - вспоминает Марина. - Саша обиделся. Он приходил и умолял забрать заявление. Бизнес к тому времени он потерял и работал грузчиком в магазине.Когда Свете исполнилось 14, Марину ждало новое потрясение. Оказалось, ее старшая дочь беременна. В 33 года она стала бабушкой.- Сына она сдала в дом малютки – жить было не на что, - обронила Марина. – А у меня в то время родилась младшая дочка, Амелия, ей сейчас три годика, как и ее маленькому племяннику. И ничем я помочь не могла. Свету лишили родительских прав, но сейчас она пытается вернуть малыша.В марте в жизни Марины и ее дочерей случилось событие, которое изменило жизнь ее дочерей.- После смерти отца Саша вступил в наследство и стал жить в его квартире, - рассказывает Марина. – Пил он к этому времени беспробудно, постоянно соседи вызывали полицию. И вот однажды Света пришла домой и сказала, что ее отец умер. Полицию вызвали соседи – в доме уже появился запах. Он, видимо, упал с кровати и сломал шею . Мы его похоронили, и Света переехала жить в эту квартиру со своим гражданским мужем.А Марина с младшими дочерями осталась жить в съемном доме. Она зарабатывает на жизнь шитьем. И только одна мысль не дает ей покоя.- Я хочу разыскать ту самую Людмилу, которая когда-то плакала в подъезде, где мы жили с Сашей, - говорит Марина. – Ведь где-то живет брат или сестра моих девочек. И этот ребенок – такой же наследник, как и они! После Саши остались два гаража, квартира, дом. Надо делиться! Мне самой от родителей ничего не досталось – почему Сашин ребенок должен страдать?Татьяна ОХОТНИКОВАг. Вологда