«Есть то, что дороже всех наград, – это простое человеческое уважение и сочувствие»
«В России есть три власти: законодательная, исполнительная и судебная. Для этих властей есть – Конституция, которую должны соблюдать они неукоснительно при защите прав граждан России. Я, Анищенко Иван Кириллович, участник Великой Отечественной войны, ветеран труда, инвалид 2 группы пожизненно, сейчас мне 95 лет. После войны перенёс три сложных операции, в том числе онкологическую, 10 лет состою на учёте, 10 лет на строгой диете. По состоянию здоровья мне противопоказано менять дальневосточный климат на иной, поэтому я уже 75 лет, после войны живу здесь, в Хабаровске.
Наград много, но есть награда, которая дороже всех наград, – это простое человеческое уважение и сочувствие участникам Великой Отечественной за их Победу. Они спасали Родину не за ордена, а за честь и свободу народа. И этих участников остаётся всё меньше, уходят они, оставляя память народную.
Мне не хватило одного дня войны, чтобы стать героем ВОВ. Но есть награда – диплом лауреата форума «Общественное признание» за мужество и героизм в ВОВ, 1941–1945 годы, где стоят подписи 15 видных советских офицеров запаса Вооружённых сил и деятелей культуры и науки. Эта награда дорогого стоит. Она заслужена кровью и героическим подвигом восемнадцатилетнего солдата.
Так вот есть вопрос: все ли так хорошо у нас, в Хабаровске, защищают права участников ВОВ именно со стороны судебных
властей?
Наблюдая за работой суда Индустриального района, я, как истец, увидел ущемление конституционных прав граждан, в том числе и моих прав, как участника ВОВ.
Более года длится суд по простому гражданскому делу. В суде нет народных заседателей, нет следователей, дознавателей, лично судья решает заочно все вопросы, в том числе следственные исследования. Нет протоколов допроса, нет очных ставок, нет даже простых бесед, чтобы выяснить личность истца и подозреваемых. Некому работать. Ведь кто даст судье материалы вполне достоверные и справедливые, если не проводятся следственные действия?
Судья не может установить вину или невиновность. Значит, допускается сделка с совестью. Требуют множество справок, выписок из госпиталя, судмедэкспертиз. Чтобы их получить, 95-летнему инвалиду надо просидеть в очереди… Нет ли тут позора и унижения достоинства и чести пожилого человека, участника ВОВ.
И задали мне в суде по сути один вопрос: «Много ли украла у вас внучка?» Ответ: более 1 миллиона рублей.
Более года я нахожусь в тяжёлом состоянии. У меня нет средств, чтобы устроиться в пансионат. Пенсия моя 32 тысячи рублей, а пансионат стоит 40 тысяч рублей. И в пансионате мне никто диету не приготовит, это понятно.
Мои сбережения украдены внучкой. Из пенсии в 32 тысячи рублей я плачу за квартиру более 6-ти тысяч рублей, за лекарства - 5 тысяч.
А суду Индустриального района наплевать на мои боль и страдания. Они «наградили» внучку и квартирой, и деньгами. Осталось присвоить ей звание – инструктор по подготовке новых мошенников, ведь у неё есть огромный опыт.
Я надеюсь, что статья в газете определит вину некоторых чиновников из судебной власти…
Мать моей внучки процентщица, она продала 4 квартиры, живёт в Москве. А дочь – Елена С., крадёт у пенсионера квартиру и деньги. Это парадокс! Вот где поработали юристы… А внучка совесть утратила, судится с дедом, оставляя его без жилья и без денег. И суд засудит деда, а внучка улыбается-упивается? Внучка – камень в рот деду за Победу!
Если кто-то добровольно, независимо согласен пообщаться со мною у меня дома по моему гражданскому делу, буду рад и признателен за помощь. Нужно распутать эту паутину, начиная с корней, откуда появился этот фрукт, от какого дерева?
Уточняю: я плохо ходячий, плохо со слухом, плохо со зрением, живу одиноко, но под покровительством социальной защиты, сопровождение и уход 2 раза в неделю по 1,5 часа. Сам себе повар – диета строгая. 95 лет. Оптимист был и есть. Смерть меня ещё подождёт».
Иван Анищенко, г. Хабаровск
