Смолянин прочел переписки бывшей жены и напал на нее в своей квартире

Год назад, в 2025-м, Ульяна Матюшина получила на руки документ о том, что больше не является заложницей обстоятельств. Она была разведена.

С супругом Евгением она познакомилась в общей компании менее десяти лет назад. Он был старше ее и сразу нацелился на брак. Конфетно-букетный период пролетел быстро и ярко: кафешки, кино, совместные поездки за город. За обилием впечатлений девушка едва успела хорошо узнать характер суженого, но без сомнений надела белое платье и сияла на праздничном банкете.

А дальше на свет появились двое малышей – и мышеловка захлопнулась. Теперь Уле некуда было деваться. Жила она в квартире, принадлежавшей мужу. У самой ни родни, ни денег на личную жилплощадь. Уже тогда супруг начал проявлять темную сторону своего «я»: контролировал каждый шаг жены, заставлял отчитываться за любую потраченную копейку, попрекая почти за любую покупку.

Дальше – больше. В подпитии он мог ее избить. Первый раз Ульяна получила удар в лицо, когда еще была в декрете со вторым ребенком. Тогда она громко возмущалась и заявляла, что уйдет. Муж слезно извинялся и обещал, что такое не повториться. Повторилось. И чем больше проходило времени, тем чаще женщина ожидала физической расправы по любому поводу. Она уже привычно зажимала рот ладонью, чтобы ее крики не пугали детей, игравших или спавших за стенкой. Оттого и соседи не знали, как живется молодой хорошенькой мамочке с приличным с виду супругом.

– Я вышла на работу из декрета так рано, как могла. Теперь у меня было восемь часов безопасности. Иногда с коллегами затевали разговоры на отвлеченные темы. Они говорили, что мне повезло. Что если вдруг женщина останется одна с двумя детьми, сейчас это не потянуть ни финансово, ни морально. Я кивала, а про себя думала, что мне надо как-то изменить отношение к ситуации, приспособиться. Что выхода у меня нет, – рассказывала на следствии Ульяна. (здесь и далее – по материалам уголовного дела. Прим. авт.)

Так супруги прожили до 2024 года. И если первые месяцы, когда жена вышла на работу, Евгений «стеснялся»: бил жену по неприметным местам, то теперь Уля регулярно появлялась на планерках с синяками на руках и лице. Другие служащие привычно отводили взгляд. Но это не осталось незамеченным новым сотрудником и ее непосредственным коллегой ровесником Виктором.

Молодого мужчину заинтересовала судьба Ульяны, а пообщавшись с ней подольше, парень понял, что по уши влюбился. Он начал ухаживать за Матюшиной.

– Мы очень много общались. Разговаривали на работе, переписывались в соцсетях, созванивались. Когда я мог ей чем-то помочь, помогал. Уже тогда, до развода, Уля говорила, что хотела бы переехать. Но без детей не сдвинется и с места. А с малышами арендовать жилье очень дорого и это правда. Даже «однушка» - уже ползарплаты, и это без коммуналки. Здесь я ей помочь не смог. Сам приезжий и жил у друга: копил на первый взнос на ипотеку. И друзья у меня такая же лимита, – давал показания тайный воздыхатель Ульяны.

Мужчина не раз предлагал Матюшиной обратиться в полицию, но женщина отметала эти идеи: если мужа засудят и посадят, детей нечем будет кормить. А на зарплату сварщика вполне можно тянуть хозяйство. Но Виктор не отступался и обещал взять на себя заботы о семействе.

Уля поверила и объявила супругу, что они разводятся. Ни уговоры, ни расспросы не давали результата: Матюшина твердо стояла на своем, и сама лично оплатила пошлину и подала все документы.

– Когда жена подала на развод, я стал замечать, что она с кем-то на кухне шушукается по телефону. Я решил, что ее настроили против меня и стал немного наблюдать. Потом мне попал ее телефон. Там я увидел переписку. Охов-вздохов там не было, но я четко видел, что какой-то мужик подбивает клинья и Ульяна не против. Так как она объявила о расставании, я ничего с этим поделать не мог. Ей о находке не сказал, – объяснял давнюю обиду Евгений.

Уже перед самым днем развода между супругами состоялся серьезный разговор. Перед ним Уля почти не спала двое суток и много советовалась с приятелем. Вопрос стоял о жилье и детях. Молодая женщина как могла держала себя спокойно и деловито, хотя дрожь в руках скрывать было непросто.

Она стала объяснять Жене, что жить с детьми ей негде. Он может выгнать ее, но не малышей. Но сам он с заботой о них не справиться: накормить, постирать, поиграть, отвести в сад, проверить температуру. Обожавший ребятишек Евгений полностью согласился и разрешил жене остаться после развода жить в его квартире. Правда, с одним условием:

– Ты здесь находишься, пока не заведешь хахаля. Если только узнаю, что с кем-то спуталась, вышвырну на улицу и в мороз, и в ночь.

Ульяна вертелась как уж на сковородке и клятвенно заверяла, что никого у нее нет. А когда Евгений попытался уличить ее во лжи, заверила, что там чувства исключительно односторонние. Тем не менее, Матюшина, получив бумагу о разводе, все же начала тайком встречаться с Витей. Вдвоем они ждали, когда накопиться положенная сумма на квартиру.

Так, живя по-соседски, экс-супруги просуществовали еще несколько месяцев. Евгений видел, что бывшая к нему совершенно равнодушна и подозревал, что его водят за нос.

Вечером 10 февраля 2026 года у Евгения выпала возможность поймать экс-жену с поличным. Около 22:00 она ушла спать, оставив мобильник на столе на кухне. Он был на пароле, но звонки и сообщения высвечивались на заблокированном экране.

– Первый звонок поступил еще до 23:00. Потом были сообщения. Потом еще звонок. Номер телефона у нее не был записан, но я его еще год назад себе переписал. Это был номер того же хахаля. Тогда я немного выпил. И выпивал каждый раз, как вибрировал ее телефон. Потом очень разозлился и решил расставить все точки над «i», – давал признательные показания Евгений.

Подвыпивший экс-супруг ворвался в комнату, где спала Уля с детьми и разбудил женщину ударом кулака в лицо. Он требовал объяснений и продолжал наносить удары. Матюшина все отрицала.

– Мне морально трудно было оправдываться. Потому что я ни в чем не провинилась. Я в разводе. На территории отца моих детей жила, фактически, в должности няни, уборщицы и повара. Но он и после расставания делал из меня подчиненную и во всем виноватую. Мне не стыдно было ему врать, потому что это вообще его не касалось, – объясняла свою позицию Уля.

Дерзость бывшей бесила Евгения еще больше, и он усиливал атаку. В общей сложности он нанес лежащей женщине не менее десяти ударов: по животу, лицу, ногам. А затем просто ушел в свою комнату.

Уля осмелилась выглянуть в коридор, когда экс-супруг ушел на работу. Она быстро собрала детей в сад, кое-как замазала синяки и, скрывая сильные боли в животе, отправилась на работу.

Однако в первый же час ей стало плохо. Женщину в реанимацию увезла скорая. Как выяснилось, бывший муж ударами разорвал ей селезенку. Орган пришлось удалить.

Еще в больнице Матюшина написала заявление, добавив иск за моральный и физический вред. Бывший муж оплатил лечение и передал ей сумму еще до суда. Также до суда, выйдя из больницы, Ульяна с детьми съехала с квартиры. Куда и кто ей в этом помог, она пояснять отказалась.

Но уже поживя тихо и мирно, перестала злиться на бывшего и не настаивала на серьезном наказании. Сообщила, что претензий к нему не имеет и сажать не хочет.

Евгений ранее не был судим, обеспечивает двоих детей, не наркоман и не алкоголик. Суд вынес ему мягкий приговор.

– 14 мая 2026 года Заднепровский районный суд Смоленска признал Евгения Матюшина  виновным по ч. 1 ст. 111 УК РФ (причинение тяжких телесных повреждений) и назначил ему три года лишения условно с испытательным сроком четыре года, – сообщила нам Наталья ЧИСТИКИНА, старший помощник прокурора Смоленской области по взаимодействию со СМИ и общественностью.

Смоленск

(Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены по этическим соображениям. – Прим. ред.)