Реальная зарплата россиян упала почти на 10 процентов

Экономика России вошла в рецессионную спираль: спрос падает, что ведет к сворачиванию производства, а следовательно, к снижению зарплат, а это снова означает сокращение спроса, считает Наталья Акиндинова, директор института «Центр развития» НИУ ВШЭ, давшая интервью Газете. ру. Властям это выгодно: пусть работодатели лучше замораживают и урезают зарплаты, чем увольняют, поскольку впереди выборы и лояльность электората не должна ухудшаться.   Инфляция ударила по зарплате — Наталья, наличие спада в экономике уже никто не отрицает, но не совсем понятно, что сейчас происходит с зарплатами? Как ни странно, но статистика показывает рост… — Да, зарплаты в номинальном выражении (в рублях без учета инфляции) пока еще растут. По итогам января и февраля плюс 5,3% к тем же месяцам прошлого года. Это немного по сравнению с темпами роста, которые были совсем недавно. Раньше они были двузначными. Особенно заметно замедление роста зарплат в гостиничном и ресторанном секторах — рост всего на 2%. А также в госсекторе: в прошлом году здесь было масштабное повышение и сейчас наблюдается лишь небольшая коррекция. А вот сокращение мы наблюдаем пока только в финансовом секторе — минус 18%. — Что происходит с зарплатами в остальных секторах экономики? — Работодатели просто замораживают зарплату, не индексируют. В номинале они остаются теми же самыми, но покупательная способность, естественно, падает.   — Если экономический спад продолжится в этом и следующем годах, как будут вести себя работодатели? — Скорее всего, рецессия затянется. Работодатели в этих условиях будут пытаться сохранить имеющуюся прибыль. Им выгоднее не столько сокращать работников, хотя без этого не обойтись, сколько попытаться сэкономить на зарплатах. По прошлому году на крупных и средних предприятиях сокращение работников уже было в пределах 1,5%. Но все равно рост зарплат, по нашему прогнозу, продолжится. — Зарплаты будут расти? Поверить вам? Но, по крайней мере, с экономикой не так уж все плохо? — Нет, на самом деле все довольно плохо. Эти 5% — это, не забывайте, номинальная зарплата. А покупательная способность нынешней зарплаты (номинал минус инфляция) низкая. Инфляция сильно ускорилась. В 2014-м была 11,4%, сейчас уже 16–17% в годовом выражении (к февралю 2014 года). То есть если в номинальном выражении зарплата растет на 5%, то в реальном с учетом такой инфляции, как сейчас, она уже шла в минус. Реальная зарплата россиян упала почти на 10% к прошлому году. — Многовато получается… — Сейчас идет сильное падение спроса на товары. Падает и инвестиционный спрос. По итогам февраля спрос на товары, розничный товарооборот, упал на 6,1% в номинальном выражении. Это резкое падение. Мы вернулись на уровень 2011 — начало 2012 года по уровню зарплат и объему потребления. По некоторым позициям откат в потреблении произошел до уровня 2009 года. Все зависит от структуры потребления. Если в вашей потребительской корзине доля импортных товаров и услуг (например, путешествий за границу) велика, то считайте, что вы откатились в 2009-й. На дно предыдущего кризиса. Ведь в долларовом выражении зарплаты россиян упали почти в два раза. На уровне СНГ — Какая сейчас зарплата у среднего россиянина? — Среднемесячная начисленная зарплата одного сотрудника в феврале была 30 620 рублей. — Мизер для Москвы и городов-миллионников, но неплохо для глубинки. Какая-то подозрительно бодрая цифра. За счет чего она нарисовалась? За счет высокого дохода Романа Абрамовича и других списочников Forbes? — В России традиционно большая дифференциация по зарплатам, и среднеарифметическая получается завышенная. Но такова статистика, другой нет. Росстат делит размер фонда оплаты труда на число работников и получает среднюю зарплату по стране. Все цифры, которые представляются ведомству, на совести руководителей компаний. Людей не опрашивают. — Сколько составляет фонд оплаты труда в расходах компаний? — Зависит от отрасли, от трети в промышленности до 80% в сфере услуг. — Как россияне со своими зарплатами выглядят на фоне других стран? — Уже в начале 2010-х годов среднемесячная начисленная зарплата одного работника приближалась к $1 тыс. Это был уровень восточноевропейских стран, таких как Польша или Венгрия. Сейчас зарплата в долларовом выражении — $474. Это уровень развивающихся стран — СНГ и БРИКС. — Но у них тоже зарплаты упали в пересчете на доллары. — Да, но в России одна из самых сильных девальваций рубля произошла. Хуже только на Украине. Впереди волна банкротств — Если наши зарплаты реально упали, то, может быть, получится поддерживать приемлемый уровень жизни за счет импортозамещения? — Не уверена. Импорт, по данным за февраль, сократился на 40,4%. Но замещения импорта пока не видно. В феврале промышленность показала даже отрицательные темпы — 1,6%. Это следствие шока со стороны потребительского и инвестиционного спроса. Исключение составляет только пищевая промышленность. Вторая причина, из-за которой импортозамещения не происходит, — большая доля импортной составляющей в отечественных товарах. В этих условиях компании предпочитают снижать производство или вообще выходить из бизнеса. В прессу попадают больше сведения об уходе из России автопроизводителей, но на самом деле и другие производители сейчас в такой же ситуации находятся. Для открытой экономики использование импортных товаров и конкуренция с импортом — это нормальная ситуация. Но когда происходит резкий нефтяной шок или вмешивается геополитика, все производственные цепочки нарушаются, бизнес начинает выживать, сокращать выпуск продукции, оптимизировать инвестпрограмму, резать зарплаты и так далее. — Судя по статистике, резких сокращений занятости пока не происходит. Компании предпочитают резать фонд оплаты труда. Но статистика, как известно, запаздывает... — Впереди нас еще ждет волна банкротств. В строительной и других отраслях. Наш прогноз по ВВП — спад на 5–5,3%. Соответственно, можно прогнозировать сокращение занятости и урезание зарплат. Этот процесс только набирает силу. Насколько он будет глубоким, непонятно. Возникает рецессионная спираль. У нее четыре компонента, последовательно вытекающие один из другого. Падение спроса ведет к падению выпуска готовой продукции, что в свою очередь ведет к падению доходов (к замораживанию или урезанию зарплат), что опять же ведет к падению спроса. Если экономика вошла в это состояние… — А она вошла? — Да, вошла с начала 2015 года точно. В инвестиционном кризисе мы находимся уже с 2013 года. Инвестиции падают третий год подряд. С точки зрения инвестиций мы давно в спирали, с точки зрения потребления — входим только, три-четыре месяца еще только. Отток капитала продолжается. В прошлом году он был максимальным — $151,5 млрд. За первые два месяца этого года отток, по нашей оценке, $25 млрд. Годовые темпы, следовательно, могут быть более $100 млрд. А это все минус из инвестиций. Предприятия стоят сейчас перед выбором: продолжать производство или сворачивать? — Как выйти из рецессионной спирали? — Потребуются радикальные экономические или политические меры воздействия на экономику со стороны властей. Затягивание экономики в спираль могут переломить сильные внешние факторы — резкий рост цен на нефть, отказ от добычи сланцевого газа, отмена санкций и улучшение отношений со всем миром, во внутренней политике — радикальное изменение отношения к бизнесу, признание его движущей силой экономики и создание режима наибольшего благоприятствования предпринимательской деятельности при сокращении роли государства — в общем, что-то такого масштабного уровня, никак не ниже.   Кому повысить зарплату? — Деофшоризация экономики ослабит рецессионную спираль? За счет возврата капиталов из офшоров будет рост инвестиций, будут создаваться новые рабочие места, конкуренция за работника вырастет и случится рост зарплат? — Эффекты от политических инициатив трудно просчитываются, они размыты. Тем более что решение о деофшоризации не было проведено корректно, не было состыковано с амнистией капитала и часть представителей бизнеса, имеющие контролируемые иностранные компании, снова сделали выбор в пользу офшоров. Они ушли безвозвратно и уже не вернутся. Это в первую очередь средний бизнес. Но власти продолжат работу с госкомпаниями и крупным частным бизнесом. Олигархи более сговорчивы: им некуда деться с подводной лодки. Часть денег, наверное, вернется на родину. Но я бы не надеялась на перелом в росте инвестиций и зарплат. — Какой категории работников следует повышать зарплату в кризис? Может, прокурорам? Налоговикам? Чтобы активнее способствовали легализации теневого сектора, наполняли казну доходами? — Это приведет к сокращению экономической активности и затягиванию спирали. Надо, наоборот, ослабить административную хватку, если мы вступили в кризис. Прокурорам надо срезать зарплату в кризис. Тем более что им не так давно повысили в 2,5 раза. Теперь вроде хотят срезать на 10%. — Майские указы президента и зарплаты. Что будет? — Смотря какие указы. Например, повышение зарплат в бюджетной сфере до уровня средней зарплаты по региону легко будет выполнить за счет урезаний зарплат в частном секторе экономики. — Кризис не повод ли для введения прогрессивной шкалы налогообложения? У богатых урежут, а низкооплачиваемым или хотя бы пенсионерам за счет этого добавят? Реально? — Прогрессивную шкалу в конце концов введут. Но не скоро. В кризис это делать и не нужно, поскольку это демотивирует наиболее активных. К тому же с Абрамовича и людей его круга вряд ли удастся что-то взять. Они сумеют найти выход. Посмотрите, что получилось с раскрытием зарплат у глав госкомпаний. Сколько было громких заявлений. Но в итоге им разрешили не отчитываться по ней.   «Лояльность граждан держится на Крыме» — Чем ближе к выборам — парламентским и президентским, — тем больше шансов, что власти не дадут возможности работодателям резать зарплату? — Да, такое возможно. По крайней мере, это сценарий кризиса 2008–2009 годов. Держать любой ценой занятость и зарплаты. С точки зрения властей и работников, это хорошо, но для экономики эта охранительная модель плоха. Это препятствует проведению структурных реформ в бизнесе. Мы из прошлого-то кризиса вышли с ухудшенной структурой экономики, чем входили в кризис. Кризис не сыграл очищающей роли, не сделал экономику более эффективной. Все проблемы законсервировались, и такая траектория может остаться по политическим мотивам. Ситуация может повториться. Период, благоприятный для реформ, остался в 2013–2014 годах. Сейчас уже начали думать о выборах. Уровень жизни у всех понизится, но не будет резких провалов в доходах. И большинству граждан это понравится. Многие предпочтут иметь еще несколько лет урезанную зарплату, чем остаться без работы и зарплаты. Но есть развилка. Сейчас лояльность граждан держится на геополитике, на присоединении Крыма. Соцопросы, как известно, показывают растущий рейтинг президента. Но — внимание! — материальное положение россияне начали оценивать негативно, оценки доходов снижаются. Пока это не мешает высокому рейтингу. Люди разделяют эти ситуации. Они уверены, что страдают за Крым, а не за провальную экономическую политику. Не исключено, что такой настрой продлится до парламентских выборов, и тогда их результаты будут неплохими для власти. Но всегда материальные соображения в конце концов выходят на первый план. Вопрос: когда? — Власть что-нибудь придумает ближе к выборам, чтобы подбодрить электорат? — Наверняка. Но поскольку бюджет уже сейчас дефицитный и в следующем году, скорее всего, концы тоже не сойдутся, то власть не сможет резко поднять зарплаты в госсекторе и проиндексировать пенсии, как это было раньше, а будет вынуждена точечно раздавать подарки, небольшие субсидии. Небольшим группам населения, ветеранам, многодетным семьям. Чтобы не сильно расходоваться в принципе. — Например… — Например, как действуют в власти в Москве? Раздали по телевизору всем матерям, имеющим четыре и более ребенка. Недорого, но эффектно с точки зрения пиара. Материнский капитал индексировать уже недешево обойдется. Большинство населения не получит поддержки. В 2009 году индексировали пенсии широким жестом, потому что решили, что кризис будет коротким. В этом году пенсии проиндексировали на 11,4%, не так уж и много, учитывая скачок по инфляции, но и то у бюджета возникли большие проблемы.