Чемпион без крыши над головой
Историей Анатолия Зорина со мной поделилась коллега. «Он мастер спорта по тяжелой атлетике, спортивный медик, в одиночку сына вырастил, да и просто, по-моему, хороший человек! И вот из-за каких-то бюрократических проволочек уже лет двадцать живет где попало, без регистрации. Бомж, одним словом!»
Спустя несколько дней мы встретились в крохотной «двушке» на Ворошиловке, где Анатолий Анатольевич жил последние несколько лет, а теперь поспешно собирал вещи: хозяйка квартиры решила ее продать.
- Вы уж извините за беспорядок, мне, право, очень неудобно, - без конца повторял мужчина, перебирая в огромной сумке потрепанные бумаги в поиске старых фотографий и документов.
Моему собеседнику 57 лет. Невысокого роста, крепкого телосложения, за время нашего разговора он ни разу не улыбнулся, словно забыл, как это делать…
Анатолий Зорин родился в городе Фрунзе (ныне Бишкек, столица Киргизии). Он и его родители – русские, когда-то приехали туда с Алтая. Мама работала геодезистом, папа – геологом.
- Когда отцу было 42 года, он погиб – сорвался со скалы, - рассказал Анатолий Анатольевич. – Позднее мама вышла замуж за другого мужчину. Он был мастером спорта, и я благодаря ему тоже увлекся спортом, особенно тяжелой атлетикой.
После школы Анатолий Зорин поступил в физкультурный институт (сейчас это Кыргызская государственная академия физической культуры. – Прим. ред.), а после его окончания отслужил в армии.
- Служил во взводе сопровождения грузов, а если точнее, ядерного топлива, которое поставляли для подлодок.
Вернувшись в родной город, Зорин устроился на работу в Школу олимпийского резерва, тренировал молодых ребят и не без гордости рассказывает, как вырастил пятерых мастеров спорта по тяжелой атлетике.
- Конечно, я не собирался всю жизнь работать только тренером, - поделился собеседник. – Хотелось развиваться, достичь чего-то большего. Однажды я узнал, что в Москве идет конкурсный отбор в Тартусский медицинский университет (старейшее высшее учебное заведение в Тарту, Эстония, университет входит в ассоциации университетов Европы, был основан в 1632 году. – Прим. ред.), и решил попытать удачу. На месте, правда, выяснилось, что таких, как я, желающих очень много – из одной Киргизии четверо, а вообще приехали абитуриенты из всех республик СССР. Но, поскольку у меня уже был диплом физкультурного института, мне предстояло пройти только собеседование. Оно было долгим, непростым, но я прошел.
Так Анатолий переехал из Киргизии в Эстонию. А в институте познакомился с красавицей армянкой Норой, тоже студенткой, с которой мужчина нашел много общего. Знакомство быстро переросло в дружбу, а потом и в роман. Вскоре влюбленные сыграли свадьбу.
- Мы с женой сразу договорились, что дочерей будет называть она, а сыновей – я, - делился воспоминаниями Анатолий Анатольевич. – Первой родилась дочка. Нора выбрала имя Рони – в те годы был очень популярен фильм «Рони, дочь разбойника». Ну а потом один за другим родились сыновья. Первого, по семейной традиции, я назвал Анатолием, а второго – Ильей.
Молодая семья жила в общежитии, пользовалась льготами, потихоньку обустраивала свой быт. Черная полоса началась в 1991 году, когда Анатолий получил диплом. До этого ему ежегодно продлевали регистрацию, но в этот раз отказались, коротко сообщив, что он должен покинуть Эстонию в 10-дневный срок.
- Мне пришлось срочно отправиться к матери во Фрунзе, вернее, уже в Бишкек, а Нора с детьми осталась в Эстонии, поскольку еще училась в институте. Времена тогда были сложные. На работе платили копейки, так что встречи с семьей я мог позволить себе только раз в полгода. Тем временем моя жена познакомилась с престарелым немцем, втайне развелась со мной – я даже ничего об этом не знал! – и уехала с детьми в Германию. Я был в шоке. Не представлял, как буду жить без ребят. Предложил ей отдать детей мне. В итоге она разрешила приехать в Киргизию нашему среднему, Толе. Обратно к матери он не вернулся – обиделся за ее поступок, хотя очень скучал по брату с сестрой. С тех пор они виделись всего несколько раз.
Остальные дети Зорина так и остались в Германии. После смерти пожилого супруга бывшая жена Анатолия стала довольно обеспеченной женщиной. А вот ему самому была уготована куда более сложная судьба.
Когда в Киргизии начались волнения, Анатолий Зорин понял, что больше там оставаться не может. Его мама отказалась переезжать, а он вместе с 10-летним сыном в 2000 году бежал в Россию.
- Возле российского посольства была давка, доходило до драк, - вспоминает мой собеседник. – Когда очередь дошла до меня, на вопрос: «Есть ли кто из родственников в России?» – я, не подумав, ответил: «Да, есть». У меня в Рязани тетя жила. Ответил бы, что нет, - возможно, смог бы рассчитывать на какую-то помощь, а так - отправили в Рязань. При этом в документах – разрешении на пересечение границы – даже сына нигде не отметили, будто и нет его.
Тетя Анатолия Зорина была серьезно больна. Родственников она приютила, правда, дала добро только на временную регистрацию, а в моменты «помутнений», которые случались довольно часто, просто выгоняла бедолаг на улицу. Последний раз это случилось в один из декабрьских вечеров. В 20-градусный мороз. С тех пор мужчина стал снимать жилье. Правда, когда срок временной регистрации закончился, сделать это было крайне проблематично. Не каждый соглашался доверить свой дом нелегалу с ребенком.
- Разные люди встречались, одни соглашались, как говорится, войти в положение, другие, наоборот, сторонились нас, - рассказывает Анатолий Зорин. – Я бесконечно благодарен директору школы № 55 за то, что там приняли моего сына. Но вот с нормальной работой было куда сложнее. По специальности без регистрации я устроиться так и не смог. Занимался сетевым маркетингом, работал во многих других сферах, лишь бы заработать. А то, чему так долго учился, что умел делать профессионально, хорошо, – пришлось забыть.
Анатолий Анатольевич делает паузу и достает из старенькой сумки стопку документов.
- Вот моя переписка с чиновниками за 17 лет жизни в Рязани, - говорит он. – К кому я только не обращался! Одни отписки: «ваш вопрос на контроле» и так далее, а что толку? Я был бы рад прописке в любом углу кабинета этих чиновников, лишь бы это была постоянная регистрация. Ведь без нее я и ипотеку взять не могу. Парадокс какой-то!
В 2012 году Анатолий Зорин, пройдя все круги ада, добился-таки того, что его семью признали малоимущей и поставили в очередь на получение муниципального жилья. Но крыши над головой так и не дождался. Как следует из очередного ответа, который получил уже пожилой мужчина, жилье получают только те, кто нуждается в расширении, а если нет крыши над головой, то и «расширять» нечего.
Несколько лет Анатолий и его сын жили с временной регистрацией на улице Забайкальской. За право жить с заветной печатью он несколько лет оплачивал все коммунальные платежи. Удовольствие не из дешевых, но зато нелегалом никто не называл. Потом хозяева квартиры затеяли продажу, и пришлось выписаться.
Сейчас мужчина работает грузчиком и каждый день, идя на работу, надеется: даже если случится рейд по отлову нелегалов, он не попадется. Недавно помочь с регистрацией Зорину предложила его пожилая знакомая. Но в паспортном столе выяснилось, что пенсионерке необходимо обратиться за разрешением к внуку, а тот заломил такую цену, что Анатолий Анатольевич понял: не потянет. Ну и на этом «сюрпризы» в паспортном столе не закончились.
- Впоследствии я получил уведомление из отдела полиции о необходимости заплатить штраф за отсутствие регистрации, - пояснил мужчина и посетовал: его зарплата составляет всего 13 тысяч рублей, из них 9 уходит на съем квартиры, оставшихся денег едва хватает на еду и лекарства.
- А в Рязани вы не пробовали устроить свою личную жизнь? - задаю вопрос, намекая на то, что, может быть, жена с жильем могла бы решить его проблему.
- У меня, конечно, были женщины, но ничего серьезного не вышло, - признается Зорин. – Сами подумайте: кому нужен мужчина с такими серьезными проблемами, да еще и с ребенком? Из ценностей – только вот шкаф и это…
И мой собеседник показывает медали за победы на спортивных соревнованиях, в том числе международных. Дальше говорить ему сложно, глаза покраснели.
Сыну Анатолия Анатольевича уже 27 лет. После школы он отучился в ПТУ, по настоянию отца отслужил в армии, сейчас работает на крупном предприятии и недавно женился. Однако постоянной регистрацией тоже не обзавелся – только временной. Но Зорин надеется, что хотя бы у сына все наладится. И когда-нибудь он заживет не хуже своих заграничных родственников.
