Отец первого ребенка Ольги исчез бесследно, а второй настоял на экспертизе ДНК

К нам в редакцию обратилась 27-летняя Ольга ЛАРИОНОВА, жительница Челно-Вершинского района, с вопросом о социальных выплатах матерям-одиночкам. Она воспитывает двух сыновей, один из которых является инвалидом. Я направил запрос в администрацию губернатора Самарской области и связался с героиней, чтобы подробнее узнать ее историю.
Сейчас старшему сыну Ольги Кириллу – 6 лет, а Захару исполнилось два года, ему поставили диагноз туберозный склероз головного мозга, мальчик постоянно нуждается в лекарствах.
- Я родилась 24 апреля 1991 года в селе Токмакла Челно-Вершинского района, - начала рассказ Ольга Ларионова. Там же провела детство, поступила и окончила местную школу, а затем сразу же устроилась в кафе в г. Сергиевска, в соседнем районе области. Там я трудилась помощником повара, а по вечерам подрабатывала официанткой. Когда мне было 19 лет, на практику к нам пришел студент. Он был на несколько лет младше меня. Мы часто проводили время в одной компании после работы. Однажды на вечернюю прогулку практикант пришел со своим братом Сергеем. Он был на четыре года старше меня.
Молодые люди стали встречаться и жить вместе на квартире, а через год Ольга поняла, что беременна. 28 июля 2011 года на свет появился первенец Кирилл.
- Беременность и роды прошли у меня замечательно, но только плод оказался для меня очень большим. Ребенок после рождения весил 4,5 килограмма. А в больнице врачи обнаружили у него врожденный порок сердца, - делится Ольга. – Поэтому нас с Кириллом из Сергиевской больницы перевели в больницу имени Калинина (Самарская областная клиническая больница имени В.Д. Середавина – Прим. ред.) Там мы с ним провели около месяца, и нас выписали. После рождения Кирилла Сергей резко изменил отношение и ко мне, и к ребенку. Сын ему был просто не нужен, и спустя три месяца он ушел от нас.
После того как Ольга осталась одна с младенцем на руках, она вернулась в дом к родителям в село Токмакла. Когда мальчику исполнилось 1,5 года, она устроилась в магазин продавщицей, работала «два через два». Такой график позволял ей на первых порах проводить больше времени с малышом и в то же время приносить хотя и небольшие, но все-таки деньги. А через полгода девушка вернулась в кафе в Сергиевске. Вместе со старшей сестрой сняли квартиру, а на выходные Ольга срывалась к родителям и сыну. Иногда она отдыхала вместе с родственницей в общей компании. Так в 2013 году она познакомилась с Игорем.
- Мы отмечали с друзьями день рождения, и к нам попал друг нашего с с сестрой общего знакомого. Я быстро нашла с ним общий язык, после праздника стали тесно общаться, а через два месяца – жить вместе. На тот момент Игорю было 24 года, а мне – 22. Он работал на Севере вахтовым методом. Уезжал на заработки на 1,5- 2 месяца. Но зато когда возвращался, то проводил со мной целый месяц.
Когда Игорь познакомился с Ольгой, он был в разводе. У него были две дочки от первого брака. Бывшей супруге он оставил все имущество и переписал на нее квартиру.
- Мы прожили с ним почти год, а в 2015 году я забеременела во второй раз. Честно говоря, я не хотела ребенка от Игоря. В глубине души я понимала, что у нас с ним не будет будущего в отношениях. Но он настоял на том, чтобы я сохранила малыша. Пока я была беременна, то продолжала трудиться в кафе, он возил меня каждый день на работу и забирал с нее, заботился обо мне. Но когда вышла в декрет, то все изменилось. Я была на седьмом месяце беременности, и мне из командировки позвонил Игорь и сказал, что больше не придет ко мне. Оказалось, он решил вернуться к своей жене и детям. Сейчас он до сих пор живет с ними, - рассказывает девушка.
Переживания и стрессовое состояние Ольги отразились на ребенке. У нее начались осложнения, и ее положили в больницу на сохранение. Врачи из Сергиевска переживая за плод, отправили рожать женщину в Самару, но и там ее не приняли, посетовав на то, что срок еще не подошел и направили обратно. Вернувшись в Челно-Вершинский район, женщина благополучно родила Захара 6 апреля 2016 года в районном роддоме. Мальчик поначалу казался здоровым, но со временем у него начались колики в животе, и его скручивало дугой судорогами.
- Врачи разводили руками и говорили мне, что это у него просто проблемы с кишечником. Затем стали случаться эпилептические припадки. Я стала обращаться к разным врачам, и в конце концов нам удалось поставить правильный диагноз. Оказалось, что мой сын болеет редким заболеванием - туберозный склероз головы, смешанный с эпилептическими приступами (туберозный склероз представляет собой наследственную патологию. Заболевание встречается с частотой 1:50 000, в результате патологии нарушается рост. Характерными признаками являются: детский или молодой возраст; наследственность; большой риск образования головных опухолей и спинного мозга, а также в некоторых случаях страдают внутренние органы; снижение интеллекта; значительно снижается продолжительность жизни человека – Прим. ред.)
Никто из медиков не берется сказать, сколько сможет прожить мой сын.
Сейчас Ольга Ларионова оформляет сыну инвалидность, раньше это сделать не представлялось возможным, так как диагноз подтвердился совсем недавно.
- Сейчас я получаю социальные пособия на детей по пятьсот рублей и «детские» по 400 рублей на ребенка. Лекарства, необходимые для жизни Захара, я вынуждена покупать пока за свой счет. А устроиться на работу у меня нет возможности. Мне не с кем оставить детей. Мама, которая мне помогала ставить на ноги Кирилла, теперь сама нуждается в моей помощи, у нее инвалидность. Ей хоть и 55 лет, но у нее больные ноги и проблемы с сердцем, отцу уже 63 года, и оставить на него внуков нельзя. Ему самому требуется помощь по хозяйству. Поэтому у меня сейчас одна надежда на оформление пенсии по инвалидности. Поэтому я и была вынуждена обратиться в газету с вопросом о том, положены ли мне какие-то выплаты. Сергей никак не участвует в нашей жизни и не помогает.
Игорь после рождения Захара засомневался в том, что это его ребенок. Большую роль в этом сыграли науськивания его родственников, которые утверждали, что у них в роду не может быть сыновей.
- Они говорили, что у них, мол, рождаются только девочки, и я, наверняка, нагуляла мальчика от кого-то еще. Но я была спокойна и знала, что это ребенок Игоря и только. Без вариантов. Он настоял на проведении теста на отцовство и только после получения его результатов, окончательно поверил мне. Хотя если посмотреть на Захарку, то и без экспертизы ДНК понятно, что это ребенок Игоря - одно лицо, брови, глаза, да и характером и замашками он вылитый отец.
Отец Захара принимает посильное участие в воспитании своего ребенка. После развода первая жена подала на выплату алиментов на содержание двух дочек, и он исправно выплачивает эти деньги. Ольга же на выплату алиментов не подает. Игорь итак перечисляет ежемесячно сумму на содержание сына. Сейчас Ольга живет в родительском. Отец держит в хозяйстве кур, коз, корову, которая дает молоко. И отдельная гордость семейства - это их лошадь. Однако прокормить большую семью не так-то просто, так как, кроме Ольги, у родителей четверо детей.
- В этом году мой первенец Кирилл пойдет в первый класс. Будет учиться в местной школе в нашем селе. Сейчас он мой помощник и опора. Я планирую, когда вырастут мои дети, оставить им дом, купленный в этом же селе, Токмакла, на средства материнского капитала, осталось только сделать ремонт, а пока выживаем как можем.
Дмитрий ОРЕШИН, Челно-Вершинский район

ОТ РЕДАКЦИИ: нам пришел ответ от правительства Самарской области по поводу выплат, положенных Ольге. Ответ публикуем в разделе «Справочная».
(Фамилия главной героини изменена по ее просьбе – Прим. ред.)