В Самаре женщина, взбешенная вопросами о личной жизни, задушила соседку трусами

Семейная идиллия продлилась недолго, через четыре года супруги разошлись. Детей у них не было, общего имущества не нажили, Алене пришлось вернуться домой. Однако девушка не унывала, окончила курсы по маникюру и педикюру. Появились первые клиенты, мастерство росло, ее услуги рекомендовали знакомым.
Работала Алена не в салоне, выезжала на дом. Вскоре у нее набралась обширная клиентская база, денег хватало, но она продолжала жить с мамой. Родительница осталась одна и была уже в годах, ей требовалась помощь по хозяйству, а квартира была просторной. Так зачем платить за съемное жилье?
Так считала девушка и была всем довольна, кроме одного – неприятным соседством с Олесей Мелкумовой.
47-летняя Олеся считала свою семью главным достижением в жизни. Она удачно вышла замуж, родила сына, которым не могла не хвастаться. Уже появились внуки. Женщина при каждом удобном случае хвалилась соседям своими замечательными отношениями с родней, регулярным общением, встречами за праздничным столом, подарками, которыми ее одаривали сын и внуки. В общем, семья была для нее настоящим поводом для гордости.
Как на беду, квартира Мелкумовой располагалась на той же лестничной площадке, что и жилище Алены и ее матери. Женщины часто пересекались в подъезде.
- Я с Олесей была знакома с 1980 года, с момента ее переезда в этот дом. После моего развода и возвращения домой мы снова стали общаться. Раз в пару месяцев ненадолго заходили друг к другу в гости, по-соседски, за сахаром, за солью, выпить по кружке чая. Иногда она брала у моей мамы книги. Во время таких визитов она часто подшучивала надо мной, что я одна, без мужа, без детей, а «часики-то тикают», «с годами не молодеешь». Мне было очень неприятно, – позже расскажет следователям Алена.
По словам Мальченковой, по этой причине она не стремилась к близкой дружбе с Мелкумовой. А та, напротив, видя, что личная жизнь у той не удалась, почему-то взяла на себя роль наставницы. Постоянно разглагольствовала перед ней на тему женского счастья, приводя в пример себя и свою дружную семью. Каждая случайная встреча на площадке превращалась для Алены в пытку.
– Она постоянно расспрашивала меня: «Все еще одна?!» Стоило мне поправиться или надеть объемную вещь, она прилипала с вопросами, не беременная ли я. Для нее было нормально напомнить, что мои родители ждут внуков, а я «все никак», – расскажет подсудимая.
Замученная наставлениями Алена сначала отшучивалась, потом начала обрывать назойливую жительницу фразой «не ваше дело», стала открыто огрызаться. Соседки то и дело спорили о женском предназначении, бранились, но продолжали общаться.
Терпение Мальченковой лопнуло 24 мая 2020 года. Утром Олеся встретила Алену в подъезде и предложила зайти в гости. У Мальченковой не было дел, она не смогла отвертеться и пообещала заглянуть к ней в обед. Примерно в час дня она забежала к соседке «на минутку» в одном халате. Олеся пригласила ее на кухню и поставила греться электрочайник. Сначала соседки просто пили чай, на протяжении часа все шло мирно.
– Мы сидели за столом, она мне показала планшет, на котором играла в какую-то игру. Предложила мне сыграть, я отказалась. Стала расспрашивать об учебе, работе, но услышав о моих успехах, отмахнулась, мол, это все неважно, и завела свою любимую тему, – позже расскажет о событиях того дня Алена.
«Почему ты одна?», «Почему для себя не родишь?», «Кто тебе будет помогать в старости?» Подобные вопросы сыпались на Алену один за другим. Мальченкова безрезультатно пыталась сменить тему.
– Она снова и снова читала мне нотации, как будто специально злила, – скажет на допросе Алена. – Потом заявила, что с таким дурным характером у меня никогда не будет личной жизни. Обозвала «разведенкой», «брошенкой». Я вспылила и ударила ее…
По признанию подсудимой, она нанесла ей пощечину. Олеся вцепилась ей в волосы, обе упали и стали кататься по полу. В какой-то момент Алена нащупала рукой электрический чайник, схватила его и била Мелкумову по голове до тех пор, пока та не потеряла сознание.
Опасаясь, что соседка придет в себя и заявит в полицию о побоях, Мальченкова стала думать, как ее убить. Она проследовала в комнату, огляделась, на глаза ей попались черные трусы, лежащие в открытом ящике. Алена взяла белье, вернулась на кухню, разрезала ножом, соорудив нечто наподобие удавки, затем обмотала вокруг шеи Олеси и затянула концы.
Женщина перестала дышать, все было кончено. Алена пошла в ванную, смыла с себя кровь. Нашла в кухонном шкафу бутылку уксуса, смочила тряпку и вытерла капли крови на полу. Затем заглянула в мини-бар убитой, прихватила пару бутылок коньяка и шампанского. Под конец вытянула из кошелька Олеси тысячу рублей и ушла домой.
Два дня она сидела дома, опустошая похищенную выпивку, только раз сходив в магазин и потратив украденную тысячу опять же на спиртное. К этому времени сын Олеси забил тревогу, так как мама долго не отвечала на звонки. 26 мая родные приехали в квартиру и обнаружили ее труп. На Алену вышли быстро. Она при задержании признала вину в полном объеме.
Женщину обвинили по двум статьям: убийство и кража. 29 декабря суд Красноглинского района Самары признал ее виновной и приговорил к семи годам и семи месяцам лишения свободы. Также суд удовлетворил гражданский иск семьи погибшей на 700 тысяч рублей.
(Все имена и фамилии участников событий изменены. – Прим. ред.)