Было что-то странное в этой истории, и похороны отложили…

В итоге под следствием оказался сын усопшей.

...Все началось со звонка жительницы Сафонова Ирины Петроченковой участковому. 

- Соседка куда-то пропала, уже два дня на улицу не выходит. Может, случилось что? Проверьте, пожалуйста. 

Из показаний участкового Воронина: «23 апреля 2012 года, находясь на суточном дежурстве, я принял звонок от женщины... После я поехал по указанному адресу для выяснения обстоятельств».

Двери в квартиру не были заперты, на кухне сидел 53-летний Степан.

- Мамка умерла… - говорил убитый горем мужчина. – Болела она сильно. Меня дома не было вчера, вот никто и не помог. 

Бедолага пояснил, что его мать, Светлана Тимофеевна, плохо передвигалась по квартире. Сам он уехал к брату в гости 22 апреля. Там задержался, а мама, видимо, встала с кровати, ей стало плохо, вот и упала.

 - Лежит на полу, сами видите, - показал на тело Степан.

Участковый видел – на паласе лежала лицом вниз одетая в домашнее платье женщина. Аккуратно причесанные волосы, одежда целая, не рваная. Следов борьбы нет, в квартире абсолютный порядок. 

В этот момент в квартиру зашли бывшая жена Степана, его сын и дочь.

- Скорая помощь уже была, медики констатировали естественную смерть от атеросклеротического кардиосклероза. Наша бабушка была тяжело больна, вскрытие делать не надо, - говорила Мария, 25-летняя внучка погибшей. – Обойдемся без морга, похороним послезавтра.

Что ж тут скажешь: 75 лет было Светлане Тимофеевне. Старость…Однако на следующий день участковому поступил еще один звонок. 

- Там криминал! – говорила женщина на том конце провода. – Я про бабушку говорю, у которой вы вчера в центре были.

- Вы представьтесь, успокойтесь, и расскажите все спокойно, - попросил участковый.

Оказалось, Ольгу Алексеевну родственники попросили помочь помыть и подготовить бабушку к похоронам. Она подрабатывала, периодически оказывая ритуальные услуги. Основное же место ее работы – больница, в ней она трудилась санитаркой, в общем, кое-что из медицины за это время узнала. Так вот, во время того, как возилась с телом, Ольга заметила, что у бабушки очень странное лицо. По определенным признакам было похоже, что умершую задушили…

Спросила у находившихся в квартире родственников:

- Как все случилось?

- Сердечный приступ, - вздыхая, ответили внук и внучка.

Но едва Ольга Алексеевна вышла на улицу, она позвонила заведующему отделением больницы, в котором работала. Описала ему все свои подозрения. Тот выслушал и посоветовал обратиться в полицию. Так как санитарка жила в том же районе, что и погибшая, номер телефона участкового у нее был.

Оперативно-следственная группа выехала в квартиру, где находился труп, 24 апреля. В составе был и участковый, и судмедэксперт. Тело уже лежало в гробу, готовое к похоронам. На кухне готовили помин.

 - Не трогайте! Что вы делаете? – возмущался Степан, когда судмедэксперт ворочал тело. – Скоро люди придут прощаться.К нему присоединилась бывшая жена и дочка с просьбами оставить бабушку в покое. А судмедэксперт в ответ спокойно заявил, что смерть, скорее всего, была насильственной, и настоял на необходимости вскрытия. Похороны откладывались…

Выдержка из судебно-медицинской экспертизы, результаты вскрытия: «У Светланы Тимофеевны Лосевой обнаружены: множественные переломы ребер, черепно-мозговая травма... Причина смерти – смешанная асфиксия».

26 апреля 53-летнего сына Светланы Тимофеевны взяли под стражу. По версии следствия, он старенькую женщину с силой схватил за горло и перекрыл ей дыхание.

Во время следствия опрашивались соседи, они начали выдавать свои собственные подозрения. Оказалось, Степан любил прикладываться к бутылке, и мать не раз на него жаловалась подругам.

Было и еще кое-что странное в этой истории. Это вспомнил один из соседей, Роман Григорьевич. В ночь перед тем, как в квартиру к погибшей приезжал участковый, ему кто-то позвонил в дверь и убежал. Позже на кнопке звонка он обнаружил пятно, похожее на след крови, но точно не понял, кровь это или нет. И еще в ту ночь двери в злополучную квартиру были открыты. А утром, когда он шел на работу, все было в порядке, двери уже были заперты. Может быть, кто-то посторонний был у старушки ночью?

Тем временем, Степан упорно отрицал свою вину. Рыдал в кабинете следователя и все время повторял, что убит горем.

Из показаний Степана Лосева: «Не мог я ее убить. У нас были прекрасные отношения, мы не ссорились. Она упала – видимо, отсюда и переломы ребер. Если бы я был дома, то этого, может, и не случилось…»

Однако экспертиза говорила обратное: «образование большинства телесных повреждений в результате однократного падения с высоты собственного роста практически исключено».

Степан настаивал на предвзятости следствия и требовал поиска других подозреваемых. Но против него все сыпались и сыпались доказательства.

Так, в феврале 2013 года мужчина сам себя «сдал».Некто под псевдонимом «Иванов» дал показания, что с 12 на 13 февраля 2013 года он находился в изоляторе временного содержания. Сидел в одной камере со Степаном. когда тот останавливался в поездке по этапу: 

- Лосев признался, что поднял руку на мать, но не рассчитал силу. Конфликт возник на почве денег – бабушка отказалась дать Степану денег на спиртное. Степан рассказал соседу по камере, что после совершенного позвонил соседям; приоткрыл дверь, думая, что кто-нибудь зайдет в квартиру, обнаружит Тимофеевну и вызовет скорую. А сам он сбежит на время, сославшись на неизвестных, которые побывали в его отсутствие в квартире матери. 

- Ничего не вышло, я вернулся в квартиру и закрыл двери. Сидел там да пил… Но я не хочу признаваться. Надеюсь, что меня оправдают. Мне жаль, что так вышло, однако и себя губить не хочется, - объяснял Степан.

Всю эту информацию «Иванов» сообщил заместителю начальника полиции по оперативной работе МО МВД России «Ярцевский». Однако и после этих показаний Степан отнекивался, утверждал, что все – ложь, оспаривал результаты экспертизы. Тогда была проведена повторная экспертиза - в мае 2017 года специалистами Российского центра судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения РФ, подтвердившая предыдущую. 

Уйти от ответственности Степану, несмотря на изворотливость, не удалось.