Смолянин сжег кота и хорька мамы, чтобы заставить ее дать ему деньги
Петр с детства не отличался крепким здоровьем, потому мама старательно ухаживала за ним и беспокоилась - только бы не простудился. Холила и лелеяла свое дитя, ни в чем не отказывала. А когда развелась с его отцом, еще сильнее стала задабривать пятилетнего сыночка: ведь у него психологическая травма!
Игрушки покупались все, что хотел. Благо, семья Бобровых никогда бедно не жила. Бабушка Петра до выхода на пенсию занимала руководящую должность на заводе «Измеритель», а мама имела свой успешный бизнес в сфере грузоперевозок. После Ирина вышла второй раз замуж, и Иван принял ее сына как своего. Петя называл его папой, а тот его - сыном. Родной отец в жизни мальчика появляться перестал.
Бедой было только то, что ребенок рос излишне нервным, импульсивным. Дошло до того, что в школе учителя отказывались заниматься с ним и просили или перевести на домашнее обучение, или сменить класс.
Обеспокоенная мама показала Петрушу, уже ставшего старшеклассником, детскому психологу. После была консультация психотерапевта. Оба сошлись во мнении, что у мальчика нет никакого хронического психологического заболевания вроде биполярного расстройства или шизофрении. Но при этом было выявлено эмоционально неустойчивое расстройство личности. Подростку рекомендовали принимать тормозящие лишнюю активность мозга лекарства, медики дали советы быть с ним помягче, не перегружать его психику и прививать любовь к физическому труду. С последним были большие проблемы. Чтобы Петр захотел как-то помочь по домашнему хозяйству?
Нет, такое было практически полностью исключено. Друзья, гулянки, а затем и дискотеки с кальянными - вот что по-настоящему интересовало Петра. Увы, он даже школу не окончил. Бросил в восьмом классе! И мама ничего не смогла поделать. Пыталась в вечернюю школу устроить, но там Пете не понравилось - плохой ремонт и одноклассники из бедных семей. Он-то любил помодничать и похвастать дорогими телефонами, так что и друзей старался искать с такими же интересами. Мама в итоге махнула рукой. Мол, если когда-то понадобится документ об образовании, его можно и позже добиться.
Но Петя вырос, ему исполнилось 26 лет, а ничего ему по-прежнему не надо было: ни аттестат, ни учеба, ни работа. Все интересы вертелись вокруг тусовок, поездок на машинах друзей по Киселевке и визитов в ночные клубы (когда они еще работали до пандемии). На все это он требовал денег. При этом уже изрядно обнаглевший сын не церемонился в выражениях, матерился вовсю и огрызался.
Иногда впадал в отчаяние и начинал ныть по поводу неустроенной жизни. Ирина снова показывала его докторам. В итоге Петр дважды проходил лечение в неврологическом отделении: лежал там в декабре 2019 года и в начале апреля 2020 года. В конце концов, Ирина вместе с мужем решила, что надо что-то менять. Серьезной патологии у сына не было, но он не хотел начинать самостоятельную жизнь!
Супруги договорились сына ограничивать в финансах, то есть обеспечивать только самым необходимым. Правда, у Ирины это не особо получалось, она часто не выдерживала настойчивых просьб Петра и все же давала ему деньги, иногда втихаря от мужа. Но парня жутко раздражала новая линия поведения родителей. И когда очередной раз 14 июня 2020 года Петр попросил у родительницы денег, а та уже третий раз подряд ответила ему отказом, он рассвирепел. Ирина пыталась ему все объяснить: - - Петр, я не так давно тебе давала деньги. Ты же взрослый, надо работать. Я ведь тоже не вечна, как потом будешь жить?!
Но Петр о том, чтобы самостоятельно зарабатывать, и думать не хотел. Он уже не пытался добиться своего уговорами, просто стал кричать, скандалить. В конце концов, Ирина Боброва закрылась в ванной комнате, чтобы сын в гневе не ударил ее.
Из показаний Ирины Бобровой: «Сын был в коридоре, а я в ванной комнате. Через дверь он сказал мне, что предупреждает последний раз: если я не дам ему денег, то он разнесет весь дом. Я его слова я восприняла всерьез и испугалась за свое имущество».
Ирина пошла на попятную. Она пообещала перевести на счет Петра деньги, но через пять минут: - Петя, мне из офиса позвонили, надо срочно туда доехать. Я по дороге тебе переведу. Парень поверил и не стал препятствовать матери. А та… поехала прямиком в полицию. И пока она там писала заявление на сына, тот звонил ей раз за разом. Но женщина трубку не брала. Петр понял, что его обманули. И тогда он решил отомстить. Взял газету, скомкал ее и сунул под диван. Огонь взялся, в комнате появились первые клубы дыма.
Тем временем, Петр поймал в квартире любимых питомцев мамы: хорька, дорогостоящего кота мейн-куна, с которым Ирина любила участвовать в выставках, и беспородную пушистую кошку Валенсию. Всех их Петр закрыл в комнате, чтобы они не могли выбраться живыми из горевшей квартиры. Сам побежал наутек…
Он знал, что мама будет тяжело переживать смерть своих любимцев, и был рад своей мести.
Едва Ирина Боброва вышла из отделения полиции, включила звук на телефоне, как гаджет тут же залился звонком. Это была соседка, которая сообщила о пожаре. В четырехкомнатной квартире выгорели две комнаты полностью, остальные помещения оказались закопчены. Животным спастись не удалось.
…Ущерб от поджога составил 221 тысячу 203 рубля. После случившегося Петр куда-то запропастился на несколько дней. Его «след» появился только 25 июня 2020 года. Он снова стал терроризировать семью. Сначала пришел к бабушке и потребовал у нее денег. При этом когда она стала ругать его за поджог и прогонять, он схватил кухонный нож и стал им размахивать перед лицом пенсионерки. Но у нее хватило силы духа выставить внука за дверь, хоть она позже и призналась следователю, что очень испугалась.
В тот же день Петр позвонил матери и сказал, что если она не переведет ему денег на карту, он спалит ее вторую квартиру. Женщина, помня последние события, перечислила одну тысячу девятьсот рублей. Так и продолжалась эта история со звонками Петра. Сам он дома не появлялся, только тревожил по телефону.
Родители то давали денег, то отказывали. За это Петр им снова решил отомстить. В ночь на 16 ноября 2020 года он наведался в квартиру, где раньше проживал с родителями. Петр знал, что мама уехала в командировку в Москву, а ее муж должен был быть на работе в ночную смену. Как ни странно, они сделали ремонт после пожара и купили новую мебель, а замок в дверях не заменили! Петр поел в квартире, а после подпалил целлофановый пакет и кинул горящий комок на новенький диван в одной из комнат. Затем он подпалил во второй комнате плед. И убежал.
Итог преступных действий мстительного сыночка - ущерб на сумму 78 тысяч 903 рубля. Одно хорошо: Ирина в этот раз успела застраховать имущество.
Пока в полиции рассматривали эпизоды вымогательств и поджогов, сыщики выяснили по отпечаткам пальцев, что парень причастен еще и к попытке угона машины на улице Рыленкова. Это было 27 августа 2020 года. Петр со своим другом позарился на «шестерку». Он разбил лобовое окно в ней и уже в салоне занимался попытками завести автомобиль, как в окно выглянул законный владелец машины. Молодые люди тут же убежали.
Петр признан психолого-психиатрической экспертизой вменяемым и способным отвечать за свои поступки. Его эмоционально неустойчивое расстройство личности не лишало его возможности прогнозировать последствия своих действий и контролировать свои поступки. Выдержка из материалов уголовного дела:«Петр Бобров совершил пять преступлений средней тяжести впервые. Ранее не судим. На учете у нарколога и психиатра не состоит, проходил лечение в неврологическом отделении дважды. По месту жительства характеризуется отрицательно».
- Подсудимый совершил три эпизода вымогательства (ч. 1 ст. 163 УК РФ) под угрозой насилия и уничтожения чужого имущества, - прокомментировала ситуацию помощник прокурора Промышленного района Смоленска Виктория Тищенко. – Дважды Петр совершил поджог (ч.2 ст. 167 УК РФ), что повлекло причинение потерпевшим значительного ущерба. По совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний Промышленный районный суд Смоленска 15 ноября приговорил Петра к четырем годам лишения свободы с отбыванием в колонии–поселении. Также суд постановил взыскать с Боброва в пользу его матери 223 тысячи 103 рубля, в пользу страховщика – 78 тысяч 903 рубля в счет возмещения материального ущерба. Уголовное дело в отношении Петра Боброва в части обвинения в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 119 (угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью), ч.3 ст. 30 1 ст. 166 УК РФ (неправомерное завладение автомобилем), прекратить на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон.
Марина РАССОЛОВА, Смоленск
(Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены по этическим соображениям. – Прим. ред.)
