Люба пришла ко мне за гвоздями и молотком, а осталась навсегда

Думаю, поживу, пригляжусь, выберу… Но жизнь распорядилась иначе.

Однажды в дверь нашей общежитской комнаты постучали. Мы с парнями готовились к занятиям. Я отложил учебник, открыл дверь. Вошла девушка. Она училась не в нашей группе, но была мне уже знакома. Когда на автобусе я ехал в универ, она стояла неподалеку. В институтской столовой получалось так, что либо я занимал очередь за ней, либо она за мной. И вот теперь она у нас в комнате.

– У вас есть гвозди? – спросила она.

Гвозди были. Я достал из «хозяйственной» тумбочки четыре штуки и отдал ей. Девушка немного подумала, а затем попросила молоток. Молоток тоже был. Но вместо того чтобы взять его, сказать спасибо и уйти восвояси, Люба, так звали девушку, возмутилась: «Ты что думаешь – эти гвозди я сама буду в стену забивать?»

Что ж, пришлось идти. Оказалось, что Любовь привезла из дома коврик и пришла попросить о помощи, чтобы повесить это напоминание о доме над ее кроватью. Много времени мне не понадобилось. Пока я забивал в стену гвозди, девушка вместе с соседками накрыла стол, сервировала его чайником и чашками, поставила блюдо с ягодными ватрушками.

Я хотел было уйти, но девчонки запротестовали. Они, мол, хотят рассчитаться со мной за работу. Ватрушки оказались необычайно вкусными, а я был зачислен в разряд лучших друзей комнаты. Буквально каждый день у девочек что-нибудь ломалось, и была «просто необходима мужская сила и сообразительность». А если ничего не ломалось, очень кстати оказывались дни рождения, праздники или «пятерки», которые нужно было «обмыть» в компании друзей. Я все чаще оказывался с Любой наедине. Мы ходили вместе в кино и на концерты. А на зимних каникулах мы сыграли свадьбу. Прошло 50 лет. У нас трое славных детей и восемь внуков. И когда внуки спрашивают, как мне удалось влюбить в себя бабушку, я отвечаю: «Ко мне Любовь пришла сама».

Степан ПЕРЕПЕЛКИН,
г. Тюмень