Тюменец не дождался возврата долга и воткнул нож в позвоночник должнику
помогал в быту и материально престарелой больной матери, а с родным старшим братом Олегом они вместе работали на одной из тюменских складских баз. Анатолий поддерживал хорошие отношения со многими работниками базы. В декабре 2019 года один из сотрудников, 47-летний охранник Амирбек Калимов пожаловался ему на трудную жизненную ситуацию и попросил занять ему 30 тысяч рублей.
Здоровье матери и платная учёба дочери требовали больших расходов. Поэтому Севрюгин денег не одолжил, но предложил Калимову сдать на металлолом свою старую разбитую машину, оставить себе деньги, а потом вернуть ему 30 тысяч рублей. Амирбека этот вариант устроил, и он забрал рухлядь, пообещав отдать долг позже. Но прошло полгода – а затем и год. Должник рассчитываться не спешил, и отговаривался от благодетеля обещаниями. И ранее приятельские отношения между мужчинами стали натянутыми.
Однажды у них даже случилась потасовка. Калимов вспомнил на суде, что в мае 2020 года Анатолий начал требовать долг, а затем оскорбил его, высказавшись относительно национальности. Амирбек в ответ ударил его, и завязалась драка. Потом мужчины помирились, и жизнь потекла своим чередом.
Из следственных материалов известно, что воскресным утром 19 июля 2020 года Анатолий приехал на базу вместе с женой и сыном: его брат, работающий здесь, отмечал свой день рождения. К Севрюгиным присоединился Калимов, дежуривший в эти сутки. Он рассказал на следствии, что сначала компания выпивала, а затем все вместе поехали отдыхать на озеро.
Пикник на природе тоже не обошёлся без алкоголя. И, когда Амирбек с семейством Севрюгиных вернулись на базу, на праздничном столе снова стояло горячительное.
– Мы распивали спиртное, после чего меня «отрубило», – заявит впоследствии на судебном заседании Анатолий Севрюгин. – У меня произошёл провал в памяти на фоне алкогольного опьянения, а потом мне рассказали о случившемся.
Но на следствии мужчина гораздо лучше помнил происходящее. Например, он признался стражам правопорядка, что в тот день в очередной раз спрашивал у Амирбека, почему тот не возвращает ему деньги.
– Он мне сказал, что меня «дешевле удавить», чем возвращать долг, – передал Анатолий суть диалога с собутыльником. – Его слова меня очень разозлили.
Этот разговор происходил с глазу на глаз. Олег Севрюгин знал, что брат злится на охранника, давно задолжавшего ему крупную сумму, но этой ссоры не слышал. Об этом сам мужчина сообщил в судебном заседании.
Калимов смог рассказать следователям и на суде о произошедшем более детально. Он подтвердил, что отмечали день рождения Олега Севрюгина, пили весь день, ездили на озеро, а к обеду вернулись на базу. После двух часов дня супруга Анатолия уехала, забрав с собой сына, и мужчины остались на предприятии втроём. По словам Калимова на следствии, все они были очень пьяны. Олега Севрюгина сон сморил в главном здании базы, а сам он еле добрёл до своей сторожки, чтобы там упасть ничком на диван и уснуть.
Охранник показал в суде, что проснулся от внезапного удара в спину. Повернув голову, он увидел Анатолия Севрюгина, который стоял рядом. В руках у мужчины было что-то похожее на синюю ручку ножа без лезвия. Он бросил этот предмет в сторону стола. Калимов попытался встать, но оказалось, что ноги его не слушаются. Он чувствовал, что у него в спине в районе позвоночника что-то торчит и мешает. Кое-как усевшись, он спросил Анатолия, что происходит. Тот ему ответил, что он упал на арматуру.
По словам Амирбека на суде, Севрюгин снова начал требовать долг за металлолом, а также вспомнил прошлые обиды, когда Калимов первый его ударил.
– Я не мог расплатиться с Севрюгиным из-за материального положения, – объяснил ситуацию в суде Амирбек.
Охранник попросил Севрюгина помочь ему избавиться от «арматуры». Тот принёс из подсобки плоскогубцы-кусачки.
– Он пытался вытащить предмет у меня из спины, – рассказал Калимов на суде. – И в это время также пытался откусить плоскогубцами палец у меня на ноге. Обещал, что сейчас будет отщипывать у меня пальцы по одному.
Эти показания впоследствии подтвердят медики тюменской областной клинической больницы №2, зафиксировавшие у потерпевшего ссадины на пальцах ног. Кроме кусачек, Калимов увидел в руках Анатолия нож – оказывается, мужчина прихватил его, когда ходил за плоскогубцами.
Севрюгин полоснул Амирбека по левой руке и шее, тот пытался отвести удар, схватившись за лезвие ножа, и порезал себе пальцы правой руки. Эти травмы тоже будут отмечены в медицинском заключении.
– Анатолий говорил мне: «Я тебя убью, закопаю», – заявил Калимов в судебном заседании. – У меня отнялись ноги, поэтому я на руках пополз к выходу. На улице взял свой телефон и увидел пропущенные вызовы от моей жены. Я отправил ей сообщение, что Севрюгин воткнул мне в спину монтировку и попросил её вызвать скорую помощь. Всё это время я просил Анатолия успокоиться и разбудить своего брата.
Мужчина так и сделал.
– Брат разбудил меня и сказал, что Амирбеку плохо, и ему нужно вызвать скорую, – рассказал Олег Севрюгин на суде. – Я вышел во двор и увидел Калимова. Он был весь в крови, а из спины у него торчало лезвие ножа без ручки. Я вызвал скорую помощь.
Потерпевший дополнил этот рассказ в суде, что Олег Севрюгин спросил у него, что случилось. Услышав, что Анатолий угрожал убить своего должника, он отвесил младшему брату оплеуху.
– Когда через минут десять приехали врачи, Анатолий сказал им, что я упал на арматуру, – вспомнил на суде Калимов. – А водитель скорой ему ответил: «Какая арматура? У него нож в спине торчит». Это было около пяти – шести часов вечера.
Тем временем жена Амирбека тоже вызвала экстренные службы и правоохранительные органы, а затем позвонила свекрови. Обе женщины тут же примчались на место происшествия.
– Мы увидели скорую помощь, – рассказали на суде женщины. – Амирбек лежал на животе лицом вниз, он был весь в крови, а в спине у него что-то торчало, какая-то рукоятка. Севрюгин находился там же и говорил: «Не добил, не успел».
Раненого Калимова увезли на скорой в тюменскую областную клиническую больницу №2. Кроме ссадин и порезов врачи диагностировали у него тяжёлое повреждение позвоночника и спинного мозга. Мужчине провели срочную операцию, но он остался инвалидом II группы, ходит с тростью и не может работать.
– Я сделал это, потому что был зол на Калимова, – пояснил Севрюгин мотив своего поступка во время следственного процесса. – Я хотел проучить его, так как он не отдавал мне долг. Я не хотел его убивать – только напугать. Не думал, что наступят такие серьёзные последствия. Я ударил его в спину, потому что считал, что там нет жизненно важных органов.
Протрезвев и осознав, что натворил, Севрюгин попытался загладить вину перед потерпевшим. Он принёс ему извинения и через супругу перевёл деньги на реабилитацию и покупку корсета для поддержки позвоночника. Кроме того, агрессор, желая откупиться от Калимова, предложил ему долю в своей квартире.
– Мы с Севрюгиным заключали предварительный договор на передачу мне в собственность доли в двухкомнатной квартире, – подтвердил Калимов. – Однако я отказался от сделки, и заключать договор не буду.
Ленинский районный суд г. Тюмени 23 апреля 2021 года признал Анатолия Севрюгина виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ) и приговорил его к 2,5 годам исправительной колонии общего режима. Мужчину взяли под стражу в зале суда.
Осуждённый не был согласен с приговором, и подал апелляционную жалобу, попросив заменить реальный срок условным. Мужчина заявил, что лишение его свободы плохо отразится на психике детей и на материальном положении его семьи, включая больную престарелую мать и дочь-студентку, которой нужно оплачивать учёбу. Кроме того, адвокат осуждённого обратил внимание, что в приговоре Ленинского районного суда г. Тюмени малолетний ребёнок 2011 года рождения назван несовершеннолетним.
Тюменский областной суд 27 июля 2021 года определил указать в приговоре наличие у Севрюгина малолетнего ребёнка вместо несовершеннолетнего, а в остальном решение Ленинского районного суда г. Тюмени оставил без изменения.
г. Тюмень
(Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены по этическим причинам. – Прим. ред.)
