Житель Тюменской области, взяв 100 тыс. от обвиняемого, на суде выступил против

Никифорова приблизился, пьяный неожиданно шагнул на проезжую часть – прямо под колеса. Михаил резко вывернул руль, чтобы не наехать на неосторожного пешехода. 

Объехав прохожего, Никифоров затормозил. Он переживал, что мог сбить человека. Но страх быстро сменился облегчением, а затем гневом, и Михаил вылез из авто, чтобы высказать пьяному все, что думает о такой беспечности. Подойдя поближе, молодой человек узнал в пешеходе местного, сорокалетнего Николая Зуйкова, отсидевшего срок за убийство.

Выслушивать нотации о безопасности на дороге Зуйков не желал.  Шаткой походкой, ругаясь и угрожая, он направился навстречу Никифорову. Несмотря на то, что пьяный едва держался на ногах, Никифоров, помня о его тюремном прошлом, побежал к своей машине, где в кармане 

двери у него лежал складной нож. 

«Взял лезвие, чтобы припугнуть, – позже рассказал Никифоров следствию. – Подумал, что Зуйков, увидев это, отойдет подальше».

Но отсидевший за убийство не испугался складного ножичка в руке дилетанта. Он подошел вплотную и схватил Никифорова за куртку, а затем, потеряв равновесие, вместе с ним упал на землю. 

«Не успел понять, что произошло», – потом пояснил Никифоров следователям. – Когда я встал, нож был у меня в правой руке, все в крови. Я очень напугался и не знал, что делать». 

Бросив раненого человека лежать на земле, и все еще сжимая в руке окровавленный нож, Михаил сел в машину и поехал домой, где его ждала беременная жена. Проезжая мимо автобусной остановки, он увидел своих знакомых – двух парней и девушку – которые сидели в припаркованном автомобиле. Никифоров остановился и вышел к ним, чтобы покурить и прийти в себя. Один из приятелей заметил пятна крови на правой руке Михаила, и тому пришлось признаться в случившемся. 

По показаниям Никифорова следователям, разговор с приятелями его не успокоил, и он, все еще находясь в шоковом состоянии, поехал прокатиться, и заодно избавиться от орудия преступления. Молодой человек выехал на проселочную дорогу и выбросил нож в поле.

На следствии и Николай Зуйков, и его свидетель, с которым они выпивали за полчаса до событий, подтвердили рассказ Никифорова. 

«Не удержал равновесие и шагнул влево», – записаны показания потерпевшего в протоколе допроса. 

В беседе со следователями Зуйков согласился, что был чуть не сбит Никифоровым, который затем вышел из машины и высказал свое недовольство. Зуйкову, с его слов, не понравилось, как с ним разговаривают. Поэтому он начал угрожать в ответ, а затем подошел к Никифорову, схватил его за куртку и попытался повалить на землю, но не удержался и упал вместе с ним. Только после падения он почувствовал боль в левом боку, приложил руку и ощутил кровь. Поняв, что ранен, Николай решил вернуться к собутыльнику, с которым пили незадолго до происшествия.

Однако, на суде Зуйков и его свидетель изменили показания, записанные во время следствия. Николай сказал, что сначала подтвердил версию Никифорова, потому что тот заплатил ему 100 тысяч рублей «за моральный ущерб». Его приятель вслед за ним изменил показания, заявив, что во время допроса его слова были изложены неверно, а он, якобы, подписал протокол, не глядя.

Почему потерпевший Зуйков, заранее получив круглую сумму, вдруг начал на суде «топить» добровольно заплатившего – неясно. 

В суде Зуйков рассказал, что они выпивали со знакомым в его сторожке, а потом он пошел к себе домой. Мимо, не останавливаясь, проехала какая–то машина, из которой что–то выкрикнули в его адрес. Когда Николай подходил к парку, то навстречу выехал автомобиль, ослепив его светом фар. Мужчина увидел силуэты двух человек вышедших из передних дверей салона. Один из них сразу подбежал к нему, чиркнул ножом по щеке, а затем ударил этим же ножом в живот.

«Никакого конфликта не было, кто именно ударил я не знал, – рассказал потерпевший на судебном заседании. – От удара я потерял сознание и упал в кювет». 

По словам Зуйкова в суде, когда он очнулся, то пошел в вагончик к сторожу, с которым они пили. Сторож, в свою очередь, на заседании суда подтвердил, что в тот вечер они с Зуйковым и еще одним приятелем выпивали у него на работе. Приятель ушел около десяти вечера, а Зуйков задержался до полуночи.

«Примерно через полчаса после ухода Зуйкова я услышал, что за дверью кто-то скребется, – рассказал сторож на судебном заседании. – Когда я открыл, то увидел там Николая, который сказал, что его «порезали». 

Сторож завел приятеля внутрь и, увидев, что его белая футболка залита кровью из раны в животе, вызвал полицию и скорую помощь. Пока стражи порядка и медики добирались до места, Зуйков поведал собутыльнику, что шел от него домой, когда в центре города к нему подъехала машина. Он ослеп от света фар, и к нему подошли двое незнакомцев. Потом он очнулся в кювете, увидел рану и понял, что его пырнули ножом.

Какая версия произошедшего больше похожа на правду – решать читателю. Но суд критически отнесся к такому расхождению в показаниях. Тем более, сотрудник полиции, который опрашивал потерпевшего и свидетелей сразу же после событий, подтвердил, что о двух нападавших речи не было.

Медико–криминалистическая экспертиза допустила вероятность случайного ранения при падении – то есть, Зуйков действительно мог в потасовке случайно наткнуться на нож.

Подсудимый Михаил Никифоров на судебном заседании не признал, что умышленно нанес Зуйкову тяжкие телесные повреждения (ст. 111) и отказался от дачи показаний, поэтому использовалась информация, полученная во время следствия. 

Суд принял во внимание признание Никифоровым вины, его раскаяние и частичное добровольное возмещение морального вреда (пресловутые 100 тысяч рублей).

Ишимский районный суд Тюменской области 5 августа 2020 года признал Михаила Никифорова виновным в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст. 118 УК РФ и назначил ему наказание в виде обязательных работ на срок 450 (четыреста пятьдесят) часов.

(Имена и фамилии фигурантов дела изменены по этическим причинам. – Прим. ред.)