Мама Алена из декрета пошла в спасатели, а папа теперь сидит с малышами
Ищут тех, кого потеряли родственники, кто заблудился в лесу или исчез без вести, держат связь с полицией и МЧС, координируют работу со СМИ. За свою работу поисковики не получают денег, делают ее в свое свободное время. Тем временем страница Алены в «ВК» рассказывает о ней совершенно иную историю. На фотографиях – молодая женщина 34 лет с мужем, шестилетним сыном и годовалой дочуркой: на отдыхе, во время фотосессий и семейных праздников. О том, как жена и мама двух маленьких детей стала спасателем, я поговорила с Аленой.
– Я оставила детей папе, и у меня сейчас есть свободное время для разговора, – начала Алена. По ее словам, именно поддержка и участие мужа Антона в воспитании детей и домашних заботах дают ей возможность работать спасателем. Как ни удивительно это звучит, но карьера спасателя у Алены началась именно с момента рождения ребенка. – Я довольно активный человек, работала с 17 лет, одновременно училась, – поясняет Алена. На самом деле занятие было необычным для девушки.
– Я получила водительские права и хотела подрабатывать. Мой старший брат рассказал, что фирма набирает себе торговых представителей: молодых людей, которые умеют водить автомобиль. И я туда пошла. Водить предстояло «Соболь». Команду составляли одни юноши, и работодатель обещал, что мне поблажек не будет. А я и не ждала. В итоге, могла находиться за рулем всю ночь, а на утро шла в университет, и сил на все хватало, – рассказывает Алена. Её папа и мама – военные, они поддержали дочку в ее стремлении к самостоятельности. – Конечно, я тогда общалась только с парнями, и сама порой выглядела как пацан: перенимала у них и разговор, и походку, – иначе, меня бы не принимали всерьез. И я стала неплохим торговым представителем, – вспоминает юность Алена. Вообще она очень хотела работать по специальности, на которую поступила в университете, а именно учителем начальных классов, но в итоге, как и многие, ушла работать в продажи. Однажды крупная компания пригласила ее на работу.
– Там я познакомилась с будущим мужем Антоном, – говорит собеседница, вспоминая, что мужчина сначала не произвел на нее сильного впечатления. – Мне были не близки его взгляды, внешне Антон казался мужчиной не моего типажа. Но однажды вместе с коллегами мы поехали на отдых в Стамбул, и Антон показал себя с иной стороны: заботливый и внимательный человек. Он, например, приносил куртку, когда я замерзала, даже не спрашивая меня об этом, или захватывал бутылку воды для меня, когда хотелось пить. Молодые люди вернулись в Новгород добрыми друзьями. Алена поняла, что на Антона можно положиться и в серьезных вещах. – У меня сломалась на дороге машина. Я стала обзванивать приятелей с просьбой помочь мне. Но у всех были какие-то дела. Я расстроилась и набрала Антона. Он приехал тут же. Без лишних слов, даже проигнорировав то, что в этот вечер встречался с друзьями, – признается Алена. И все же отношения между коллегами еще оставались дружескими. В 2008 году девушка решила переехать на постоянное место жительства в Санкт-Петербург. – Подумала, что такому деятельному человеку как я нужен большой город. Но уже там произошла авария, в которой я разбила свою машину. Это событие как будто раздавило меня, и я позвонила Антону, чтобы получить поддержку. Тогда он приехал ко мне в Питер и произнес: «Хватит, возвращайся в Новгород и живи со мной!». С этого началась наша совместная жизнь. А в 2011 году мы поженились, – рассказывает о рождении семьи Алена. Летом 2013 года в семье Будяхиных родился малыш. Его назвали Мироном. – В декрете для меня было удивительно так надолго оставаться без дел. Мирон спокойный ребенок. У меня оставалось время почитать и посидеть за компьютером. И вот осенью обнаружила на ресурсе «ЧП 53. Великий Новгород» информацию о том, что пропала девушка Анна Кошкина («Волховъ» рассказывал эту историю в №47 за 2014 год «Убийц Анны Кошкиной задержали на месте ее захоронения»). В социальной группе была размещена фотография потеряшки. Анну, искали ее родители. Накануне своего исчезновения, она отмечала день рождения со своими подругами в одном из кафе, а потом села в машину со знакомыми и отправилась домой. На этом ее след исчез. Меня эта история очень задела. Под фотографией пропавшей Кошкиной много людей оставляли свои комментарии. Часть из них были шокирующими: отозвавшиеся рассказывали про молодую женщину какие-то гадости, ее обвиняли, что сама виновата. Меня это возмутило: Анна пропала, она могла быть жертвой насилия (как и случилось). Родители не находили себе места, а тут вдруг такой поток злобы. И все же среди комментаторов нашлись добровольцы, готовые отправиться на поиски девушки в городе и в окрестностях. И я включилась в эту деятельность. Тогда наш отряд, у которого пока не было названия, возглавила замечательная девушка Юлианна Сивова.
Мы распечатали листовки с призывом сообщать информацию об Ане, заклеили ими весь город, выходили на поиски. Тело девушки в итоге нашли. Правоохранителям удалось задержать преступников. Ее убили два брата. Один из них был коллегой Анны. Он предложил довезти девушку из кафе до дома. Мужчины вывезли тело за город и закопали. С этого поиска «родился» наш отряд. На странице в «ВК» написано, что «Феникс» организован в память о погибшей Анне Кошкиной. Мы стали сотрудничать с правоохранительными органами и со структурой МЧС, – говорит об основании «Феникса» Алена. Её муж сначала не мог понять, зачем она срывается по звонку, зачем сидит в интернете и ищет контакты людей. Забота о Мироне в моменты, когда Алена уезжала на поиски, ложилась на Антона. – У женщины на последних сроках беременности есть «тревожный чемоданчик», если вдруг роды начнутся неожиданно. Там лежат вещи для родильного дома. А у меня всегда есть свой «тревожный чемоданчик», где есть спички, зарядное устройство, фонарик, вода, немного сладостей (на случай, если окажусь в лесу надолго без еды) и сменная одежда. В любой момент этот «чемоданчик» может пригодиться, когда мне звонят, скажем, сотрудники полиции или МЧС и сообщают, что требуется помощь добровольцев в поиске. Мой муж какое-то время неодобрительно относился к моей общественной активности. Возможно, он не понимал, куда и зачем я еду, а моя фраза о том, что человек потерялся в лесу и его надо спасти, Антона тогда не очень-то впечатляла. Возможно, у него присутствовала ревность к моему новому делу. Он говорил: «Куда ты убегаешь из семьи?» Я объясняла, что мне нужно хотя бы попытаться помочь найти человека, который попал в беду.
В какой-то из поисков я взяла мужа с собой. Он увидел, как мы прочесываем лес, что в нашем отряде работают и мужчины, и женщины, есть семейные пары, которые вместе ищут пропавших. Признал, что такие дела не по нему. И готов будет находиться с детьми в то время, когда я «в поле», – поясняет моя собеседница. После первого поиска прошло уже 5 лет. За это время Алена и ее товарищи по добровольческому отряду прошли обучение в МЧС, и многие из них получили специальность спасателя. – Мы все работающие люди, идем в поиск после основной работы. Люди пропадают и зимой и летом. Но летом чаще исчезают грибники и ягодники. Иногда мы неделями проводим поиски в лесу. Бок о бок со спасателями и полицией. В июне позапрошлого года в нашем Новгородском районе мужчина ушел в лес и блуждал там трое суток. Он взял с собой телефон и берег зарядку, связывался с нами, у него уже не было еды и воды. И вот он позвонил на номер поисковикам, и сказал на громкой связи: «Я больше не могу, очень устал, нет больше сил». В его словах слышалось столько отчаяния, что мне захотелось этот лес перевернуть, обыскать вдоль и поперек, но найти этого мужчину. Он выжил, его удалось спасти, вышел на звук серены. Но вот это отчаяние, которое услышала в его голосе тогда, заставляет идти на поиск и спасать людей, – признается Алена. По словам женщины, в этом году она реже выходит на поиск, потому что у них с мужем родилась дочка. Ульяна требовала присутствия мамы, потому Алена чаще информкоординировала поиски в сети и на телефоне. – Мы говорим с родственниками и близкими пропавших людей. Они бывают в отчаянии, звонят и требуют действий. Чтобы мы немедленно отправились на поиски, иногда кричат:
«Вы должны поехать и искать!». Бывает трудно объяснить, что мы такие же люди. Мы едем на поиск, когда не заняты работой и уходом за детьми. Иногда физически не можем выбраться в лес немедленно, но рано или поздно выходим. И обязательно его отрабатываем. Иногда в день прилетает по пять поисков сразу. Затраты покрываем сами: бензин, специальное оборудование. Порой понятно, что живым человека мы уже не найдем, и все равно ищем, через несколько месяцев, через год. Например, дедушка, который поехал из боровичской деревни за запчастями к своему автомобилю и заблудился на новой развязке прошлой осенью, нами так и не был найден. Но мы не сдаемся, продолжим поиск хотя бы его тела, – описывает будни добровольцев Алена. По словам спасателя, иногда родственники предлагают волонтерам средства за поиски. – Мы никогда не принимаем деньги, так как участие в поисках добровольное.
На своей странице ВК пишем, что можем принять в дар: фонари, камуфляж, аккумуляторы, медицинские изделия и т.д. В прошлом году «Феникс» выиграл грант и мы смогли приобрести достаточно много оборудования для нашего отряда. В том числе нам подарили ручную сирену. Она нужна в лесу, тогда грибники могут выйти на звук, – поясняет Алена. Семья Алены вновь готова отпустить маму на «полевые поиски». Дочка уже может оставаться на время с отцом, пока Алена занята. По словам поисковика, в отряде много женщин. И есть даже те, кто готов координитровать группы людей в лесу. Хотя раньше казалось, что это только мужская работа.
