Нападавший не прятался и виновным себя не считал: юного смолянина реанимировали с ножевыми

Около 2.00 1 июня 2025 года 19-летний Саша Петров набрал номер матери и заплетающимся языком проговорил: «Вызови скорую. Я у Кольки, ты его знаешь. У друга. На меня напал мужик с ножом. Умираю».

На последовавшие вопросы перепуганной матери парень ничего отвечать не стал. Пару минут женщина колебалась, она знала, что ее отпрыск, когда встречается с приятелем детства, изрядно выпивает. Мало ли, что ему причудилось «под мухой». Но все же материнский инстинкт взял свое. Она набрала номер неотложки и продиктовала адрес.

Прибывший на место фельдшер обнаружил в жилище Кольку – хозяина дома, мирно спящим в зале и Александра, который полулежал на стуле у кухонного стола.

У парня была резаная рана шеи и глубокое проникающее ранение грудной клетки. Вчерашнего школьника экстренно госпитализировали в окружную ЦРБ. Его удалось спасти благодаря тому, что врачи взялись за него в течение пары часов с момента нападения.

Опрошенный тут же Колька ничего интересного сообщить не смог. Признался, что перебрал дешевого алкоголя и вырубился еще до полуночи. Чем занимался гость следующие часы он знать не знал.

Саша смог дать показания только к утру. Парень с перемотанной шеей, лежа на больничной койке, испуганными глазами смотрел на следователя и рассказывал обстоятельства преступления:

– Я сидел с полчаса у Кольки. Потом мне стало скучно, и я решил прогуляться по району. Выпивки больше не было, сигарет и денег – тоже. Когда я проходил мимо одной из многоэтажек, увидел у подъезда на вид адекватного мужчину. Подошел и спросил у него закурить. Тот дал сигарету, я из вежливости попытался завести разговор, но тот отмахивался. Тогда я решил взять еще одну сигарету и пойти дальше. Но он резко ответил «нет» и послал меня. А после этого достал откуда-то из одежды нож и начал меня резать. Он рывком приблизился, и я почувствовал сильный запах спиртного. Учитывая, что я сам был выпивши, это значило, что он был прям в стельку. (здесь и далее – по материалам уголовного дела. Прим. авт.)

Парень сумел вспомнить свой путь и по карте показал дом, где на него напал неизвестный.

На место выехали оперативники, готовясь к опросу жильцов и поиску записей с камер. Но все эти сложности не понадобились. Подозреваемый спал прямо возле подъезда. Ему не мешали даже палящие солнечные лучи, вот уже несколько часов светившие в лицо.

ИЗ ПОКАЗАНИЙ СТАРШЕГО СЛЕДОВАТЕЛЯ:

«В составе опергруппы мы выехали по указанному адресу. У нас была ориентировка: мужчина лет сорока, в темной кепке, худощавый. Обнаруженный на крыльце мужчина подходил по приметам и был разбужен, после чего был проведен личный досмотр, в ходе которого был обнаружен складной нож со следами бурого цвета. Одежда на мужчине была грязной. Вокруг него обнаружены рвотные массы. Сам он находился в состоянии алкогольного опьянения и не мог пояснить, откуда следы на ноже. Он упоминал, что чистил им рыбу, которой при нем не оказалось. Он не смог расписаться в документах и был отправлен в отделение».

Задержанным оказался владелец одной из квартир того самого дома. Работающий, семейный и никогда ранее не судимый. Но все это следствию еще предстояло узнать, ведь ни документов при задержанном, ни его «пальчиков» в базе не было.

А пока что Станислав Логинов отпаивался казенным кофе и старался привлекать как можно меньше внимания. Чем больше он трезвел, тем более начинал стыдиться своего внешнего вида. А впечатление он производил, мягко говоря, не лучшее.

– Вообще-то я не большой любитель выпить, да и средств на это попробуй сейчас найди. Но в последних числах мая мы с мужиками договорились съездить на рыбалку. От моего дома езды минут двадцать. Рыбу мы и правда ловили, но первый день. Потом под уху и запеченных рыбин начали отмечать это дело. К вечеру 30 мая я уже просто устал и захотел домой. За руль, естественно, не сел. Решил идти пешком. Снасти оставил друзьям. Во сколько вышел не знаю, но уже был закат. На пути меня никто не тронул, хотя был в абсолютно беспомощном состоянии. Только уже у подъезда моего дома ко мне пристал какой-то пацаненок, – обстоятельно рассказывал следователю Логинов.

Встречу с молодым человеком Станислав помнил хорошо. Тот стрельнул папироску и как-то подозрительно осматривал нового знакомого. Задавал вопросы о наличке, о том, на каком этаже живет и с кем. Все это Саша на следствии отрицал и ранее в темных делишках замечен не был, так что к делу не пришьешь.

Стас, хоть и был под мухой, а все же лишнего не болтал и просил случайного знакомого уйти и дать ему посидеть в тишине. Так и заявил: «Ничего не дам, ничего не скажу, пошел отсюда».

После чего пацан замахнулся и кулаком ударил мужчину, который вдвое его старше, по голове.

– Я упал на землю за лавку. Положение для драки вообще неудобное и я решил, что он меня сейчас тут прямо у дома и забьет, пока я валяюсь ноги кверху. Выхватил нож и стал размахивать, а потом один раз вонзил. Я вообще никуда не метил, убивать никого не хотел. Потом я извинился перед парнем, возместил ему все расходы на восстановление. Алкоголь не был причиной возникновения конфликта, по крайней мере, с моей стороны, – давал показания Станислав.

При осмотре врач подтвердил наличие у Логинова трех свежих ссадин в теменной области черепа. Однако не взялся утверждать, что повреждения он получил в тех обстоятельствах, о которых рассказал. Но и не исключил.

Стаса отправили под домашний арест.

Позже, уже на суде, поведение пострадавшего перед нападением было признано аморальным и учтено как смягчающее обстоятельство. Также суд учел, что Логинов не состоял на учете у нарколога, заботился о престарелой матери и активно помогал следствию.

Александр гражданский иск не заявлял и на строгом наказании не настаивал: уверял, что помирился с рыбаком.

– 14 ноября 2025 года Вяземский районный суд Смоленской области признал Станислава Логинова виновным по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ (причинение тяжких телесных повреждений с применением оружия), и назначил ему три года шесть месяцев в колонии общего режима , – сообщила нам Наталья ЧИСТИКИНА, старший помощник прокурора Смоленской области по взаимодействию со СМИ и общественностью.

Позже на основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ, наказание в виде лишения свободы Логинову  заменили на принудительные работы на три года шесть месяцев c удержанием в доход государства 10 % из его зарплаты.

Вяземский округ

(Имена и фамилии фигурантов уголовного дела изменены по этическим соображениям. – Прим. ред.)