Жизнь в Сибири потомков себежских столыпинских переселенцев из псковской Одерёвки!
Добрые вести из бывшей Енисейской губернии: искренне хочется верить, что этот семейно-редакционный десант подскажет псковичам адреса для поиска своих близких. Не секрет, что отношения родни мы часто ограничиваем братьями и сёстрами во втором колене. А напрасно! Встречи с «дальними» родственниками способны всех перепахать (см. «КрЪ» №28, 14 июля 2026 г., «Новый десант в Сибирь!»).
Всюду – себежская родня!
В Столыпинскую аграрную реформу и перед раскулачиванием в Сибирь-матушку в поисках лучшей жизни уехало море псковских семей. Только из Витебской губернии (в которую входил и мой Себежский уезд) на обетованную землю переселились 335,4 тысячи человек. В 70-х годах мне посчастливилось увидеть воочию встречу сибиряков и себежан, услышать у русской печки в Ермолово ночные разговоры плачущих сестёр-бабушек Елизаветы и Софии (Лабановых). Но значимость такой кровной связи я понял лишь с возрастом.
В этот раз мы с женой Светланой, троюродной сестрёнкой Аллой Трегубовой и её мужем Михаилом исколесили по Сибири добрую тысячу вёрст, ведь здесь живут, минимум, три десятка родственников по линии прадеда Степана Сергеевича ЛОБАНОВА. И каждый по-своему хранит память о предках. Прибавьте к этому широту сибирской души, позитивный одерёвский характер, и вы получите букет эмоций. Всё это мы испытали на себе.
Власти рубят с плеча
Сейчас Партизанского района в Сибири нет, его поглотил Манско-Уярский округ. Власти слили в одну ТРИ территории (уверен, подобное ждёт и псковичей). Народ к этому относится отрицательно: как можно было безвозвратно «съесть» целый героический район? Но жизнь продолжается, и сибиряков не запугать. Подтверждением тому – фермерские и личные хозяйства. Думаю, в народе просыпается память на генном уровне, заложенная предками. Так, мой троюродный брат Виктор АРТЮХОВ ( брат Аллы и Ирины), помимо честной работы на государевой службе, лет 30 держит пасеку (сейчас – в тайге, так как «китайский рапс» захватывает и Сибирь). При этом Виктор законопослушный бывалый рыбак и охотник.
Не может жить без рыбалки и другой брат, Леонид ЯКУШЕНКО из деревни Стойба. Какой только рыбой он нас не угощал, а супруга, учительница Елена, порадовала из русской печи дедовской картохой (так её называли и у нас!), мясом и тушёной капустой. Показала сохранённую переписку свекрови с моей матерью, Ниной Ивановной. Такие же весточки лежат в Дно, в квартире моих почивших родителей.
Сибирское гостеприимство мы испытали и у других хозяек – Марины АРТЮХОВОЙ и Валентины СТАСЕВОЙ. утром и вечером – мясо марала, баранина, говядина, свинина, плов, зелень... Из-за стола было просто не встать! Потом я приспособился и перешёл в завтраки на домашние яйца...
А ещё сибиряки, сами того не подозревая, сохранили множество себежско-псковских бабушкиных словечек: мальцы, девки, снедать, дожж(дь), картоха, хряпа, гоноболь, драники, блицы, бадюльки, пиздрики (чибисы)... Наши дети уже этого не помнят, но мы с Аллой понимали с полуслова.
Наш Бежин луг в Благодатке!
В детстве в Ермолове я вечерами отводил в поле лошадь своего любимого дядьки Кольки (Мирули), но мне ни разу не разрешалось остаться в ночное. Здесь же, в Благодатке, фермер Владимир СТАСЕВ (троюродный брат!) устроил мне вместе с Михаилом, Виктором и Евгением настоящий праздник!
В следующий вечер к нам присоединились Алла, Светлана и Валентина. Не до утра, конечно, но «полсотни пять коней» слушались нас и мирно паслись недалеко от костра. Этому мог бы позавидовать Иван Тургенев, подаривший нам в 1851 году рассказ «Бежин луг». У нас же получился «Благодатный луг»!
Мы дружно пекли картоху, травили анекдоты про власть и жизнь, я поведал фирменный рецепт одерёвских драников с кусочками мяса, сала и лука... Потом долго пытал бывалого конюха Женю, чем он во время выпаса спасает лошадей от расплодившихся волков. Оказалось – длинным кнутом, который громко «стреляет» при умелом обращении (у меня бы точно не получилось).
Полный восторг испытал, когда ко мне подошла красавица Комета, которую я снимал 4 года назад, и похвасталась своим жеребёнком: мол, «смотри – я теперь не одна!». Это надо было видеть. Чуть слезу не прошибло.
В Благодатке я ещё узнал, как сибиряки пекут в костре ту же картоху. Нет, не зарывают её в угли, а кладут в ведро, переворачивают, забрасывая полугорящими головешками. Так быстрее доходит, становится более вкусной и не менее поджаристой, «когда с сольцой её намять»!
Вообще сейчас в ночное сибиряки коней не выгоняют, а с позднего вечера содержат у дома, в загонах, и утром, по туману, снова в поле. Исключение было сделано для нас. Так что на следующий день в вечерних сумерках я судорожно старался поймать в объектив резвившихся жеребят. Вот куда надо водить экотуристов – чтобы ощутили забытую романтику!
Ещё Владимир, Михаил, Виктор и Алла подарили выезд в бескрайние поля за Иван-чаем, русскую баню до двух часов ночи (с купанием мужиков в сибирской водице).
Не забыть и десанты по Енисею, Красноярскому морю, Бирюсинскому заливу и бурной реке Мана. В последней мы рискнули искупаться лишь с сестрёнкой (доктором от Бога) Ириной. Правда, держались за руки, чтобы не унесло вниз по течению. Иринка оказалась копией моей двоюродной сестрёнки Регины из Латвии и племянницы Светланы Пальчиковой из Опочки – таких же отчаянных, умных, хватких и гостеприимных.
А чего стоил наш подъём с флагами «Курьера» и Псковской области. Такое ощущение, что на всех с гор смотрели неведомые лики! За этот десант отдельный респект сибирячке и коллеге по ТВ Татьяне ЛАРИНОЙ из туристического бюро «Пути и шествия». Вот бы нашим «турбо-туристам» из Пскова с ними задружить? Точно бы все не пожалели.
Земелька из родной Одерёвки
Не менее яркой стала встреча с внучкой Георгиевского кавалера Ивана СЕРГЕЕВА Анной в Новосёлово. Сестрёнка была копией себежских племяшей, братьев Лабановых. В свою очередь троюродный брат, внук Александры, Сергей Маханьков поразил чистосердечной улыбкой, горящими глазами, чем-то напоминая мою матушку.
В это же время, ничего не зная о нашем приезде, словно с небес, на своём авто подъехал ещё один троюродный брат, Василий ЯКУШЕНКО. И общему восторгу не было предела. Гены, точно, пальцем не задавишь!
В знак неразрывной любви сибиряков и себежан мы привезли на погост к могилам прадеда Степана и его четырёх дочерей (Александры, Натальи, Евфросиньи, Софии) землю из Одерёвки – от фундамента избы наших общих предков. И это всех тронуло. Словно в благодарность, к дому Аллы и Михаила из тайги прибежала рыжая красавица белка, долго позировала, а бабочки садились на наш флаг, явно передавая привет от радующихся на небушке предков.
Да, в столице края мы побывали у детей Аллы – хлебосольных, позитивных героев спорта Никиты и Насти.
Подружились на ура с их смышлёными малышами – Марком, Мироном и Матвеем.
О сибирских святынях,
которые тоже плачут...
Не могли не заглянуть в храмы: Сергия Радонежского у дома Аллы, Параскевы Пятницы – в селе Шалинском, св. княгини Ольги – в Уярском районе, Рождества Богородицы – в Манском округе, Иоанна Кронштадтского в «Маяке» (здесь отец Владимир ПЛЕХАНОВ вырезает из дерева скульптуры святых, в человеческий рост – глаз не оторвать!). На скалах многокилометровой тропы-лестницы поразила икона Спасителя – нам бы такие зоны отдыха! Передали батюшке Евгению МАНАНКОВУ в Партизанском его фото у храма и снимок сохранившему дедовский-георгиевский дом Виктору СЕРГЕЕВУ.
Горько плакала разве что дальняя Вятка, куда мы заглянули, чтобы купить у молодой семьи 6 килограммов только что сбитого сливочного масла, которое таяло во рту. Я поинтересовался Поклонным крестом и узнал, что недалеко есть и Покровский храм 1914 года, который разбирается по брёвнышку, но ещё под крышей (в советские годы в нём был клуб).
Не сдержался, рванул, нашёл… Полное отсутствие полов, зато вверху голубой церковный бегунок и мозаичный столб перед алтарём. Помолился. А вдруг светские и духовные власти не дадут погибнуть этой святыне? Сюда тоже надо бы туристов возить.
Про Николая Резанова, героев-лётчиков
и тараны времен Великой Отечественной войны …
А вот Красноярск строится и рад гостям: на Енисее появились прогулочные кораблики, на площади величаво стоит 8,5-метровый памятник нашему командору Николаю РЕЗАНОВУ. В 1784 году он служил в Псковской палате гражданского суда, имел земли в Порховском уезде. К сожалению, у нас героя России, «Юноны и Авось» помнят только музейные подвижники в Палатах Постникова. Не мог не поклониться Командору и не попросить у него прощения. Круг замкнулся.
В последний день узнал, что в Канском районе установлен Памятный знак на родине псковского лётчика, Героя Советского Союза Николая ТОТМИНА, совершившего в первые дни войны таран вместе с собратьями ЗДОРОВЦЕВЫМ, ЖУКОВЫМ, ХАРИТОНОВЫМ. Сибиряки подарили мне фото с его возрождённой могилы. Так что в следующий раз надо будет обязательно побывать! Хочется по доброй традиции поднять и там флаги Псковской области, родной газеты.
Согласитесь, слишком многое нас с Сибирью связывает. Главное – не забывать историю страны и историю своего рода.
Олег КОНСТАНТИНОВ,
Псков – Красноярск – Партизанское – Благодатка
