120 детей Люции Карловны Поппе: 10-й детский интернат, 1942-1945 годы

 

От автора: именно сейчас, когда карантин лишил нас радости от Дня Победы, я предлагаю  окунуться в те героические и тревожные  дни и годы.  Все документальные свидетельства тех дней бережно хранит Александр Сергеевич Бараусов, внук Люции Карловны, который и прислал в редакцию народной газеты письмо из деревни Мишково Локнянского района. «К 75-летию Великой Победы!» - гласили первые строки.

Чтобы дополнить суровые воспоминания из архива Люции Карловны, я созвонилась с Александром Сергеевичем:

- Уже после войны многие воспитанники приезжали к нам в дом на 9 мая, - вспоминает Александр Сергеевич. - Помню художника фарфорового завода имени Ломоносова, оперного певца, инженера с Дальнего Востока... Их воспоминания, а также рассказы моей бабушки и мамы, Нины Сергеевны Лебедевой, остались в моём сердце на всю жизнь.

Ленинград, 42-го.

К тому лютому году Люция Карловна уже похоронила своего мужа - Сергея Васильевича Лебедева, умершего  в городе Ленина от дистрофии. Неожиданно её вызвали во Фрунзенский отдел народного образования и поставили задачу: увезти в глубокий тыл, на Алтай, маленьких осиротевших ленинградцев.

Тут надо сказать, что Люция Карловна, имея высшее педагогическое образование, 23 года отработала с детьми. С Фрунзенского района собрали 120 обездоленных малышей от 4 до 11 лет, чьи родители погибли или воевали на фронте. Ребят необходимо было перевезти через Ладожское озеро, легендарную «Дорогу жизни», которая для многих стала и дорогой смерти.

Жалкой стайкой, с тощими мешочками за плечами, детки ждали отправки на Финляндском вокзале. Некоторых со слезами и стенаниями провожали родственники. Каждый думал об одном – переплывут ли дети на утлых баржах Ладогу или погибнут. Дорогу жизни фашисты бомбили днем и ночью, в дождь, в снег, зимой и летом – всегда!

У причала села Ладожское озеро собралась целая «флотилия» барж, принимавшая на борт изможденных ленинградцев. И вот, одна за другой, они стали отправляться в путь. До Кобоны несколько часов. Доплывут ли? Для защиты от брызг волн, которые поднимали авиабомбы, да и просто, чтоб хоть как-то оградить людей страшного зрелища, каждая баржа была накрыта большим брезентом. Тесно прижавшись друг к другу, под ним плакали блокадники.  

И страх был ненапрасным. Где-то на середине пути в небе завыли вражеские бомбардировщики. Душераздирающий визг падающих авиабомб. Впереди идущая баржа содрогнулась от взрыва. Раздались вопли гибнущих людей. Некоторые взлетали на воздух и с жутким плеском падали в холодную воду. Миг, и уже куски баржи идут ко дну, увлекая за собой всё живое.

Опытный капитан судна со 120 детьми на борту, воспользовавшись всеобщим замешательством, дал полный ход вперед. И вовремя. Атака фашистских стервятников продолжалась беспрерывно. Позади раздался оглушительный взрыв, и уже другая баржа с кричащими людьми пошла ко дну. Это был ад!

Израсходовав весь смертоносный запас, вражеские самолёты,  один за другим, стали улетать. Но не все успели. В небе появились наши истребители. Завязался короткий воздушный бой. Несколько фашистских самолётов взорвались в воздухе. И уже их гоящие обломки упали в Ладогу…

Кобона

Наконец, «детская» баржа достигает причала Кобоны, где была создана продовольственная база, поддерживающая жизнь в осажденном Ленинграде. На прибывших детей невозможно было смотреть без слёз – заплаканные, перепуганные лица, испачканные от страха штанишки...

Прошло время и уже намытых, накормленных ребятишек сажают в товарный поезд. В этом вагоне им предстояло провести целых пять суток.

- Всех  разделили по возрасту на группы, назначили вожатых, - рассказывает мне Александр Сергеевич. - Одной из них и стала моя мама, Нина Сергеевна Лебедева. Ей тогда было всего 16 лет, а у нее к тому времени уже был 3-летний педагогический опыт. Всем эвакуированным 10-м детским интернатом по решению Фрунзенского РОНО командовала моя бабушка, Люция Карловна Поппе. Все её указания выполнялись беспрекословно.

По дороге в Сибирь поезд часто пропускал составы с танками, «катюшами» и солдатами. На каждой станции их встречали плакаты: «Всё для фронта! Всё для победы!», «Враг будет разбит! Наше дело правое!» Вся страна встала на защиту Родины.

Село Баево

Прибыли в село Баево Кемеровской области, где под детский дом отдали большой барак. Потекла трудная, но мирная жизнь.  Все серьёзные вопросы решались сообща, всем интернатом, всем миром. Самые грамотные ребята вели протоколы и проводили собрания. Записи этих протоколов сохранились в архиве Луции Карловны Поппе – по тем бесценным документам можно восстановить всю жизнь 10-го детского интернета. По месяцам и дням.

В июле 44-го дети репетировали пьесу «Робин Гуд», готовились к юбилею Чехова и дню ВМФ, в сентябре 44-го помогали фронту вместе с местным колхозом «Путь к социализму», не забывая при этом и учебу. «Беречь школьные принадлежности, так как достать их более негде!» - постановляла Люция Карловна, и это выполнялось неукоснительно.

В октябрьском протоколе до мелочей прописано, как готовились к 27-й годовщине Великой Октябрьской революции, повышая успеваемость на 100 процентов! Отмечали праздники, дни рождения, устраивали детские концерты для местных жителей, ночные костры с военными песнями.

Но, как в любом детском доме, не обходилось без трудностей и грехов. О них тоже говорят протоколы. «Постановляю: прекратить уничтожать учебники для раскурки… Стекла не бить, так как новых нет!»

Была и одна жертва в 10-м интернате. Трагическое событие произошло уже в мае 45-го, перед самым возвращением из эвакуации. Часовым, охранявшим военный объект, был убит школьник Коля Митрофанов. Запись об этом событии хранит Протокол № 19 от 30 мая 1945 года: «Траурное собрание старших детей. Коля Митрофанов был членом нашей семьи, хорошим другом, мечтал вернуться в родной Ленинград. Он погиб в результате неподчинения требованию часового. Смерть Коли – печальный урок для всех нас и предупреждение на всю жизнь. Постановим: не нарушать дисциплину. Хранить светлую память о Коле».

Май, 1945

О том, как в интернат пришла Победа, рассказано в том же 19-м Протоколе: «9 мая 1945 года. Мы встаем как обычно. Вдруг входит воспитатель и говорит: «Ребята! Кончилась война!» Мы достали красной материи. Сшили флаг. И 9 мая над нашим интернатом реял стяг Победы!»

Весь поселок Баево собрался у правления, начался огромный, народный праздник с песнями, плясками и криками «Ура!» Но пролились и горькие слёзы, многие получили похоронки.

Впрочем, 10 малышей так и остались навсегда в Баево. Им некуда было возвращаться – родные погибли. Их приняли в свои семьи, как родных. На родину маленьких ленинградцев сибиряки провожали всем селом.

По возвращении весь педагогический персонал 10-го интерната за спасение юных ленинградцев в эвакуации и самоотверженность был награжден медалями «За оборону Ленинграда».  

Все их имена по сей день бережно хранят уникальные и, казалось, всеми забытые Протоколы строгой и несравненной Люции Карловны Поппе. А теперь об этом незримом подвиге будем знать и помнить мы с вами.

Записала Гизела Державина,

Локнянский район

От автора: огромное спасибо за помощь в подготовке данного военного материала выражаю краеведу Сергею Ивановичу Забывалову из села Михайлов Погост Локнянского района.