Забытая Псковщина Бориса Скобельцына – глазами известного певца и земляка Яна Осина
Участниками встречи стали: наш земляк, Заслуженный артист России, фотохудожник Ян Осин, редактор газеты «КрЪ» Олег Константинов и выдающийся псковский реставратор Борис Скобельцын, ушедший из жизни в ноябре 1995-го. Каким образом? В первую очередь – своими яркими художественными фотографиями Земли псковской.
Сейчас они почти забыты, но переживут нас с вами! Итак, в путь – туристическими и небесными тропами.
Без тарелочки
О.К.: – Дорогой Ян, здорово, что ты пришёл в редакцию, ведь в нашем «круглом столе» будет участвовать и… Борис Скобельцын. Такого ещё не было!
Я.О.: – Зная тебя и «КурьерЪ», не удивлён. Но могу реально представить. Мы же не оккультисты, не будем вызывать дух тарелочкой.
– Безусловно. Ты уже 4-й год занимаешься творческим наследием Бориса Степановича Скобельцына. Для меня он при жизни был иконой, поскольку безмерно любил Псков, фотографию и сохранил для нас исчезающие святыни.
– Могу лишь подтвердить твои слова.
– Как тебе пришла в голову столь замечательная идея проведения воздушных экспедиций по снимкам Мастера?
– Не помню, были ли в домашней библиотеке его книги, но я их находил, рассматривал, и по его снимкам учился композиции. Это больше, чем фотографии – так идеально подобран кадр, облака, свет, тени, детали. Несколько лет назад пришла в голову выставочная идея – совместить современные виды с теми, что вошли в фотоальбомы Скобельцына. Сделать с тех же ракурсов, в те же времена года, посмотреть – что сохранилось, изменилось, а что нуждается в срочной реставрации.
– Мы говорим о чёрно-белых снимках 60-70-х годов.
– Да, конечно, те книги были чёрно-белыми, хотя теперь у меня есть набор его цветных слайдов – подарок дочери, Надежды Борисовны. Сам же Борис Степанович говорил, что именно чёрно-белая фотография – самая яркая и самая живая! Его книги невозможно было купить, тиражи за 40 тысяч – сейчас и не представить.
В одной из них было яркое, образное вступительное слово Александра ПРОХАНОВА. Такие книги повышали интерес к нашим памятникам, ведь они не только о Пскове и окрестностях – они и о всей Псковщине!
Замечу, что заснять ВСЕ наши памятники – это личная инициатива Скобельцына (не только для 2-х книг в издательстве «Искусство» или для работы над объектами, реставрацией которых он занимался). Борис Степанович снимал и церковную архитектуру, и гражданскую – те же каменные мельницы.
– Больная и сейчас тема: в Неёлово, в ста метрах от трассы, разрушается остов чудной каменной мельницы. И никому не нужно! А столько ахов и охов по поводу туризма. В той же Прибалтике они давно стали изюминками.
– У меня ощущение, что многие яркие места на Псковщине, кроме Бориса Степановича, были никому не нужны. Сейчас стал проявляться интерес, его бы и поддержать, только некоторых святынь уже вовсе нет.
Да, есть накатанные туристические маршруты – из Москвы в Псков через Пушгоры, из Европы – через Печоры и Изборск. Но ведь есть и другие памятники, и они совсем по дороге! Те же Малы. Там и дорога нормальная, и крюк совсем небольшой – 1,5 километра. Зато какой вид – Изборско-Мальская долина во всей красе!
А возьмём Порхов, основанный Александром Невским. Уверен, столь самобытнейший город и его крепость (сейчас, к счастью, реставрируется) обделены туристами. А ведь и Борис Степанович потрудился над её реставрацией.
Вывезти Псков
из Пскова
– Кто или что всё же подтолкнуло тебя пройти фотографическим путём Бориса Скобельцына?
– Скорее всего, то, что я с детства был знаком с его снимками. А аэрофотографиями особенно восхищался. Это же было никому недоступно! А в 2018 году задумался, что хочу сделать видеоряды к своим песням о России и показать родной Псков. Фотографий-то у меня много своих, а вот достойных видео в сети не нашёл. Купил квадрокоптер, научился «летать» – сперва в саду Александро-Невской лавры, потом приехал в Псков. И под Изборском, в тех же Малах, окончательно утвердилась эта идея. Позвонил Александру Андреевичу Проханову, заехал в гости, и он дал мне «добро» на использование своего предисловия к книге.
Тема «было-стало» меня зацепила больше всего. Как артист, я часто езжу за границу и вижу, что там этот формат очень популярен. Мне захотелось «вывезти Псков из Пскова». Согласись, небывалый случай: ЮНЕСКО включил в Список Всемирного наследия сразу 10 памятников провинциального русского города, о котором, увы, там СЕЙЧАС мало кто знает.
Я же своим проектом хочу подчеркнуть, что псковская земля богата наследием. Нужно просвещать и Россию! Все помнят про Ледовое побоище, но всё же – это не сам Псков, не вся Псковщина. Хотя мне очень понравился новый памятник в Самолве, достойное решение президента – сделать это место полем ратной славы России.
Ещё понял: забытые властью святыни открывают подвижников из народа. Путешествуя по области, в местечке Слобода Порховского района встретил энтузиаста, который активно боролся за восстановление святыни, запечатлённой Борисом Степановичем.
– Ты имеешь в виду чудный храм XIV века Спаса Преображения Великопустынского монастыря?
– Да, к сожалению, с давних времён им никто не занимался. Всё пришло в упадок. Невольно спрашиваешь себя: а какие у государства обязанности по сохранению памятников? Ничего не делается, святыня рушится. И фотографии Мастера тому подтверждение.
– Согласен, всё держится на неравнодушных людях. Не так давно на нас вышла учительница из Порховского района Надежда АФАНАСЬЕВА, рассказала про кладбище недалеко от Слободы и Лютых Болот. Оказалось, там осквернено надгробие купца первой гильдии БОГОВСКОГО, который перед революцией подарил уникальные древние книги в псковский музей. Сейчас ещё и это место взывает о помощи.
– Если бы не было храма в Слободе, старого кладбища, активных земляков, то вообще никто бы не знал про святыни. Жаль, что новые туристические маршруты проходят мимо.
Плачет Мелётово, плачет Кусва…
– А где ты ещё побывал, к чему пришёл?
– Хотел собрать энтузиастов в Мелётово, чтобы спилить деревья, которые совсем закрыли оба тамошних храма – и Успенский, и Троицкий. Да-да, не удивляйся. Вокруг Кремля в Пскове нашей власти удалось решить этот вопрос – спилили самосев, укрепили склоны, и вдруг открылись крепостные стены Крома. Сейчас это любимые уголки у туристов.
Кстати, помню, что в Мелётово году в 2018-м в щели стен Успенского храма лично руку просовывал, а ведь внутри фрески XV века! Рядом табличка: «Охраняется государством». Получается, у нас в стране кино в космосе снимают, а храмы толком починить не могут.
Летаю на квадрокоптере там часто и скажу: оба храма невозможно разглядеть из-за деревьев. Грачи живут, вороны – каркают, гадят, а святынь…нет. Даже когда подъезжаешь к Мелётово – с дороги ничего не видно. Мне так и не удалось воспроизвести фотографию Скобельцына, сделанную с вертолёта – такие высокие деревья, что даже с высоты птичьего полёта видны лишь купола. Но так же не было! Тем более что псковичи построили храм на границе с новгородской землёй – чтоб и братьям-конкурентам было видно эту дивную красоту с 32-скатной кровлей!
В том же Порхове чистят заросли, всё выглядит аккуратно. Так бы и вокруг всех памятников. Встречался со специалистами по архитектуре, вывод один: корни разрушают кладку и фундамент; деревья хороши в парках, на аллее Керн, а рядом с памятниками – смерти подобно! А требуется-то всего: знающий специалист, волонтёры и бензопилы.
Псковичи всегда строили храмы на видном месте. А теперь – ничего не разглядеть! Это главное, о чём думаешь, когда пытаешься повторить ракурсы Бориса Степановича. Церкви ведь ещё служили маяками для рыбаков – в озере, вдоль рек и для путников на земле.
– В тех же рдейско-полистовских болотах – ориентиром в войну для партизан.
– Я часто бываю на реке Великой в горемычной Кусве. Напротив – древний погост Нёготь (Писковичи), дальше – заливные луга, Соколиху с памятником Александру Невскому хорошо видно. В 60-е годы на фотографиях Скобельцына храм находился в хорошем состоянии – четверик цел, всё красиво. Сейчас – ни купола, ни барабана. Предложил жителям организовать церковную общину, чтобы храм Мины, Виктора и Викентия не был мёртвым. Когда в храме не идут службы, он заброшен – это разрушающийся набор камней и побелки. И плачущий ангел над алтарём! Кусва сейчас плачет, и я вместе с нею.
– Сюда и в Нёготь туристов бы водить и возить. Рядом знаменитое Устье, где встречали Софью ПАЛЕОЛОГ, где находился последний шведский земляной городок, после того как Густава Адольфа из Пскова турнули. Напротив – современный жилой комплекс «Видный». Но никому святыни не видно, и, наверное, надолго.
– А какие названия вокруг?! Деревня Дворец в устье Каменки, Звенковичи... Смотрю на снимки Бориса Степановича, на них ещё видны те же каменные мельницы. Сейчас – нет! Хотелось бы найти старожилов, которые вспомнили, где те стояли.
– Если откликнутся читатели, то сразу сообщу тебе. Но давай вернёмся в Изборско-Мальскую долину.
Малы Онуфрия
– Малы – это уникальное место, увековеченное Борисом Степановичем. В Малах жил преподобный Онуфрий МАЛЬСКИЙ. Он как-то предсказал, что снег выпадет летом, и это действительно случилось. Ещё там святой источник под храмом. Он точно помогает людям. Однажды сам от ангины вылечился.
В 2000 году приезжал ко мне замечательный актёр театра и кино Борис Сергеевич ГАЛКИН, а я, как назло, приболел. Вечером концерт в филармонии, а я даже глотать не мог, не то что петь – так горло болело. Днём повёз Галкина по святыням. Испили с ним водицы в Малах, я перекрестился и понял, что горло не болит. Концерт целиком спел! А многие ли псковичи бывали в Малах? Вот и ответ о неизвестных местах.
– Ради этого стоит жить и путешествовать. И в Никандровой пустыни есть глазной источник, вода вроде коричневая, а годами стоит дома, не портится.
– Это правда. Возьмём Крыпецкий монастырь, консервацией которого занимался Скобельцын. Больно смотреть на фотографии. Но ведь всё изменилось. Вспоминаю, как я совсем молодой пел в хоре на первой службе в день открытия монастыря и понимал значимость момента. Было это при игумене Дамаскине в 90-х, куда губернатор Владислав Николаевич ТУМАНОВ, дай Бог ему здоровья, дорогу сделал. Недавно сын Бориса Андреевича ПОСТНИКОВА подарил мне с того открытия видео. Купол храма уже был, потом Святое озерко расчистили... Какая красота! А хочешь драйва – пройди болотом по старой дороге князя Ярослава.
Отдельное спасибо и нынешнему губернатору Михаилу ВЕДЕРНИКОВУ, что графское Волышово под Порховом стали спасать, а то одни разговоры раньше были. Только глядя на снимки Скобельцына и понимаешь значимость произошедшего события.
Свято-Елеазаровский монастырь давно восстановлен, где преподобный Филофей подарил миру теорию «Москва – третий Рим». А старец Серапион, который жил в обители, говорил: даже если 12 псалмов дома прочтёшь – это не сравнится с одним «Господи, помилуй», спетым на службе в храме. Рядом с монастырём – дорога на Гдов, остановись, преклони колено – какая благодать! А многие проезжают мимо и ничего не дрогнет.
– Старые храмы имеют особую энергетику. У меня с 90-х годов хранится одна выброшенная строителями напольная плиточка из Елеазаровской обители. Заглянул недавно в монастырь, приложил её – душа запела!
Сербские параллели
– Такие вещи не случайны. Пару лет назад, когда открывали мозаику Святого САВВЫ в Белграде, мы с Милошем БИКОВИЧЕМ (который, кстати, снимался на Псковщине) были ведущими церемонии. Рядом стояли: президент Сербии ВУЧИЧ, министр иностранных дел ЛАВРОВ, глава «Газпромнефти» ДЮКОВ (он финансировал проект по поручению президента ПУТИНА), патриарх Сербии ИРИНЕЙ. У меня сейчас есть оттуда кусочек смальты золотой и подарок патриарха – икона святого Саввы. Ощущения и память – тоже на всю жизнь! Савва СЕРБСКИЙ, кстати, – один из святых, кому посвящён главный храм в Крыпецах.
– А меня нынче в Сербии ноги сами привели в храм Саввы и Дмитрия Солунского. Удивился. Потом понял – их имена связаны с Крыпецами и часовней в Уткино на линии «Пантера». И сербы знают про Псков, про нашего общего святого. Получается незримая связь, ничего случайного.
– За храмом Святого Марка в Белграде есть небольшая церковь Святой Троицы, в которой похоронен барон ВРАНГЕЛЬ (тот самый, из знаменитой песни про Красную армию). Так я был знаком с его внучатым племянником Борисом, он являлся постоянным прихожанином нашего храма Александра Невского у отца Олега ТЭОРА.
– Ты не поверишь, но в Троицкий храм к могиле Врангеля я нынче привёз портрет Бориса Врангеля. Наверное, чтобы «встретились». А познакомились мы в Старом Вознесении в 90-х, где собирались репрессированные псковичи и их дети. Тогда никто из властей не захотел слышать про тюрьму НКВД. Да и сейчас – ни словечка, хотя соратники Бориса Скобельцына установили, что расстрелянных там псковичей хоронили в ограде храма Алексея с Поля. Недавно батюшка со Старого Вознесения пустил меня в подцерковье. В закутке чудом обнаружил выцарапанные буквы и знаки.
– Верю. Вот куда надо бы водить туристов. Пару слов о параллелях. А меня в 90-е на Троицком мосту остановила пожилая пара, оказалось, гости из Штатов, внук Михаила РОДЗЯНКО, который был последним председателем Госдумы... А несколько лет назад случайно познакомился в Москве уже с его внуком. Ну а когда был в Сербии, заглянул на могилу Родзянко на русском воинском кладбище. Представляешь, как Псков всех связывает?
А сейчас крамола…
– Ну а в тех же Малах ты смог что-то заснять?
– Конечно. Бываю в Малах в разные времена года, как и Борис Степанович! Только там Трапезная церковь, проектом консервации которой занимался Борис Степанович, пока не восстановлена, да и вокруг – всё заросло до озера.
– Ян, ты не раз говорил про неповторимые виды Малов и самой долины, а я вот не могу не бросить пару критических и утопических, на первый взгляд, мыслей.
– Но они же возникли не на пустом месте?
– Да, после того как прошёл из Изборска в Малы по туристической тропе экстремалов. Там с соседней горы открывается обалденный вид на озеро и храм, не передать словами. Но для туристов это, увы, недоступно. В той же Сербии и на Байкале, где также побывал летом, на всех подобных «орлиных» местах оборудованные обзорные площадки. У нас – только в частном Парке активного отдыха «Мальская долина», за что устроителям большой респект. А что мешает государству, в рамках туристических кластеров, благоустроить всю долину смотровыми площадками?
Дальше скажу крамолу: внизу бы очистить реки Сходицу и Обдех и сделать их судоходными, как минимум, для малых лодок. Вот вам водный туризм, возвращение к парусам и истокам предков. В той же сербской долине реки Увац, после поднятия уровня воды, нет отбоя от лодок и туристов со всего мира. Так изучите опыт.
– Почему нет, здравая идея! Кстати, я на «соседней горе» недавно побывал, но дорога туда тоже для экстремалов! А ещё слышал, что один бизнесмен хотел за свой счёт в Мальской долине добывать сапропель (водоросли такие, весьма полезные, их там и раньше разрабатывали!), тем самым расчищать русло, но ему не позволили. Мальскую долину у нас называют «Псковской Швейцарией», но я думаю, что наша лучше. Никаких высоких гор, скал. Зимой лыжи, летом – гуляй по лугам и холмам.
– Даже в Пскове со смотровыми точками плохо. Почему бы на Снятной и Железной горах, в тех же Промежицах не сделать обзорные стоянки?
– Я знаю, что в Снетогорском монастыре есть план восстановления самой высокой в Пскове колокольни. Надеюсь, и оттуда посмотрим на нашу псковскую красоту!
На языке предков
– Как я понимаю, у тебя есть ещё один классный подарок, связан он с церковно-славянским языком.
– И про это узнал? В книге Бориса Скобельцына опубликованы снимки надгробий его предков на церковно-славянском. А поскольку я с юности пел и читал в псковских храмах именно на церковно-славянском, осилить древние надписи – мне было не очень сложно. Несколько лет назад я создал «Пособие по церковному чтению». Теперь приступаю к новой идее: сделать и на своём канале в «Ютубе» проект по церковно-славянскому языку. Не только про церковные тексты, но и летописные! Это стало возможным при поддержке «Православной Инициативы». Как говорится – скоро встретимся в эфире! Ведь если понимать язык – можно многое узнать о нашей истории, предках, о Пскове. В том же Мелётово на барабане храма написано – когда, при каком посаднике была построена церковь. И это сделано не просто так...
К слову, первые стихи Пушкин писал на французском. Такое тогда было воспитание – в «Онегине» это описано автором. Но именно благодаря нашим псковским летописям, которые Пушкину открыл игумен Святогорского монастыря, поэт серьёзно погрузился в историю России и в родной церковно-славянский язык.
Тысячу лет предки наши молились на церковно-славянском, как же можно его хотя бы в общих чертах не знать? Все гости в Пскове удивляются: такой маленький город, и вдруг 40 храмов! Но строили-то их и расписывали грамотные люди. А мы, живущие сейчас, чем хуже?
Слабо рвануть следом?
– Изначально ты собирался сделать свою выставку вместе с фотографиями Бориса Скобельцына.
– Да, и обязательно сделаю! И в регионах России, и за рубежом! Сейчас задумки, с учётом уже имеющегося материала, куда больше, но нужна поддержка региона, нужны единомышленники. Хотя есть большой интерес к моим псковским проектам и со стороны «Россотрудничества».
Так, недавно встречался с Евгением ПРИМАКОВЫМ. Сначала мы вспоминали наши экстремальные поездки на Ближний Восток, зато потом целый час проговорили о Пскове! Не хочу пока озвучивать планы! Поживём – увидим, на всё воля Божия.
В любом случае, если после нашего «круглого стола» у кого-то появится желание пройти по пути Бориса Степановича СКОБЕЛЬЦЫНА, увидеть и сравнить заснятые нами святыни, буду счастлив. Миссия моя будет выполнена!
Записала Мария Шевчук, Псков – Крыпецы – Малы
