«Соседи сделали из моей квартиры настоящую тюрьму!»
В редакцию «Газеты Дона» позвонила читательница, Мария Яковлевна Дорошенко и попросила о помощи. У нее в Ростове, на улице Лермонтовской, живет сестра Нина Яковлевна. Женщина - инвалид второй группы, с трудом передвигается по квартире и постоянно нуждается в помощи. Чтобы не оставлять ее в таком состоянии одну, к ней приходят и социальный работник, и родственники, и друзья. Только с недавнего времени попасть в квартиру к Нине Яковлевне стало непросто. Всю территорию их 13-подъездного дома огородили высоким забором...
Я созвонилась с Ниной Яковлевной и договорилась о встрече. Приехала я к женщине в воскресенье, 11 февраля. Чтобы попасть на территорию двора, мне пришлось ждать минут десять. Благо во двор въезжала машина, и я успела, что называется, прошмыгнуть в открытые ворота, убедившись в том, что попасть во двор на самом деле непросто. Подъезд Нины Яковлевны расположен в глубине двора. Я прошла по уютному дворику. В центре установлена детская площадка, по всей территории рассажены деревья и выложены плиткой кармашки для парковки машин. Нина Яковлевна встретила меня на лестничной площадке. Женщина медленно передвигалась, опираясь на палочку, поэтому дальше своего порога она и не выходит. Мы прошли в ее комнату и за чашкой чая разговорились. Оказалось, что в квартире она живет совершенно одна. Ее муж Евгений скончался еще в 2000 году, а сын Эдуард умер в 1983 году от перитонита. При воспоминании о родных у женщины появились слезы.
- Горе случилось давно, а я до сих пор не могу смириться с утратой сына. Тем более, что детей у меня больше не было…
Нина Яковлевна - ветеран труда, всю жизнь проработала мастером на обувной фабрике. Из разговора я поняла, что Нина Яковлевна была активной женщиной: пятнадцать лет она была народным депутатом Октябрьского района Ростови и шесть лет членом исполкома партии. Она встречалась с интересными людьми, помогала тем, кто оказывался в непростых жизненных ситуациях
Сейчас она сама ищет поддержку от людей. Дело в том, что в прошлом году ее дом №83 на Лермонтовской включили в федеральную программу "Комфортная среда". По этой программе жителям дома предложили выбрать модель их будущего двора. В результате большинство жильцов решило отгородиться от внешней угрозы и полностью огородить свой двор. Кроме того, по федеральной программе были установлены калитка, доводчики, двор облагородили деревьями, посадив липы, клен и ясень. Здесь появились даже фонари на солнечных батареях. Жильцам же после общего собрания сказали сдать недостающие деньги и выдали магнитные ключи. В течение четырех месяцев в зависимости от метража, собственники квартир будут платить в районе 300-900 рублей в месяц.
- Мне выдали два ключа, – делится Нина Яковлевна. – Один я оставила себе и бросаю из окна своим знакомым для того, чтобы они ко мне зашли. А окна у меня выходят на соседний двор. Но иногда я не в состоянии сбросить ключ, плохо себя чувствую и не могу даже подняться с постели. А второй ключ - у социального работника. Она ко мне приходит каждый день.
Ключи, по словам Нины Яковлевны, выдали не всем жителям многоквартирного дома на Лермонтовской, 83. Те, кто не сдал 1200 рублей на установку железного ограждения, теперь стоят и ждут, когда соседи будут заходить на территорию двора. За Нину Яковлевну деньги сдала соседка. Женщина с пенсии по частям отдает ей долг.
- Я не могу понять: от кого мы закрылись? - возмущается Нина Яковлевна. – Кого боимся? У каждого в подъезде закрыты двери, есть домофоны. Меня не устраивает, что ко мне не могут спокойно прийти люди. Теперь, например, я не могу вызвать такси к подъезду и поехать на прием к стоматологу. А до забора я не дойду, мне очень тяжело передвигаться.
Я обратилась к руководителю инициативной группы жильцов, которые занимались установкой забора, Данилу Шапошникову (его данные были записаны у женщины-инвалида). Выяснилось, что у соседей Нины Яковлевны своя правда.
- Раньше наш двор был проходным, - рассказал нам Данил. - Через арку проходили сотни людей в день. Во дворе скапливался мусор, а вечером собирались асоциальные компании. Мы даже детей не могли выпустить на площадку для игр! Как пояснил Шапошников, во дворе не было и организованной парковки для машин - автомобили стояли в разброс, не оставляя рекреационных зон. Теперь и в этом наведен порядок. двор был заставлен чужими машинами. Ни какая пожарная служба, ни скорая. Двор был заставлен и чужими машинами так, что ни скорая, ни пожарные проехать не могли. Наш двор был местом для распития спиртных напитков, употребления наркотических средств, - вспоминает Шапошников.
А между тем, после установки шлагбаума скорая помощь стала недосягаемой для Нины Яковлевны:
- Я часто себя плохо чувствую. Чтобы вызвать скорую, мне надо открыть ворота. Но как? Всем соседям, водителям машин, пульты вручили. Я тоже сначала кинулась его купить в рассрочку, и уже отдала часть денег. А теперь думаю, как я буду даже пультом открывать? У меня окна выходят в другой двор. А приступы у меня часто в ночное время…..
Кроме того, из разговора с Дорошенко выяснилось, что "за шлагбаумом", в аналогичной ситуации оказалась еще одна старшука - одинокая 90-летняя женщина, и к ней также приходят соцработники. И встретить скорую помощь, открыв ключом ворота, и она не может. Когда я поговорила с обеими сторонами, жильцы дома, узнав, что Нина Яковлевна обратилась в газету, собрали еще одно собрание и восстановили справедливость.
- Мы приняли компромиссное решение не только для Нины Яковлевны, но и для 15 жильцов дома, которые голосовали против установки забора. Собрание обратилось к специалистам, которые уже через месяц установят домофонную систему таким образом, чтобы ворота можно было открыть, не выходя из квартиры, - рассказал мне Данил Шапошников.
И еще: несколько сердобольных жильцов дали и нашей героине Нине Яковлевне, и ее 90-летней соседке номера своих телефонов - чтобы оказать помощь в вызове скорой или врача.
