Не смогла забрать любимого у жены и стала матерью-одиночкой

Был 1952 год. А в те времена, если женщина связалась с женатым мужчиной и забеременела, ее сильно осуждали.

Мне тогда было лет 15. Мы с мамой и сестрами жили в Юртах в сторожке. Отца моего посадили в тюрьму, поэтому мать воспитывала нас одна. Жизнь была не легкой и небезопасной. Мама была нам и за отца и за мать. Чтобы нас прокормить, она держала кое-какую живность, сажала огород, а ночами охраняла лес, который переплавляли по реке. Жить в Юртах было опасно, поскольку разгружали баржи и другую тяжелую работу в основном делали заключенные. Как-то раз ночью мать вышла обходить территорию и вернулась не одна, привела молодую девушку.

«Знакомьтесь, это Глафира, будет жить с нами, жилище у нас хоть и не большое, но как говорится, в тесноте, да не в обиде», – представила нам мама ночного гостя.

Глафира – симпатичная, стройная девушка двадцати лет. Приехала в Тюмень искать работу, устроилась сторожем, но когда настала ночь, идти ей было некуда. Она стояла на улице и плакала. К счастью, ее увидела наша мама, пожалела и забрала к себе жить четвертой девчонкой. Глафира легко и быстро вписалась в нашу семью. Матери она была еще одной дочерью, а нам старшей сестрой. Звали мы ее ласково Глашей.

Рядом с нашей сторожкой была еще одна, в ней жила семья немцев. Стефан и Ирма с двумя детьми. Стефан был мужчина добрый, общительный, иногда заходил к нам сам по-соседски, просто о здоровье справиться. Иногда мы просили его чем-нибудь помочь, он не отказывал. В разговорах с мамой постоянно на жену жаловался.

«Ой, заедает меня Ирма. Жить совсем невозможно стало. Цепляется по пустякам. То одно не так, то другое. Совсем сварливая стала», – плакался маме недолюбленный женой Стефан. Он, видимо, начал обращать внимание на Глашу.

Глафира была полной противоположностью Ирмы – приветливая, добрая, трудолюбивая, проворная, всегда добрым словом обмолвится и найдет что сказать, чтобы утешить. Стефан был старше Груни на лет 15, к тому же женат, поэтому девушка кавалера в нем не видела. Глафира ночами ходила в караул, на улице ей случайно попадался Стефан, который молча уходил из дома, когда его начинала гнобить жена. Девушка сначала сторонилась соседа, а потом перестала избегать, вдвоем с ним ночью ей было не страшно. Так прошел месяц, второй, Глафира и Стефан начали привыкать к компании друг друга. Стефан был для Глафиры защитником, а в Глаше мужчина видел тот самый идеал женщины, с которым ему было комфортно. Им было хорошо вместе, в разговорах они не замечали, как летит время.

Стефан и Глафира, с одной стороны радовались встречам, с другой стороны переживали потому, что дать волю своим чувствам не могли. Нельзя было признаться друг другу о том, что творится у них в сердцах. Стефан не мог ничего обещать девушке и боялся сломать ей жизнь, потому, что у него семья. Глаша не позволяла себе вольностей, потому что была очень честной. Случилось все по велению природы.

В теплую августовскую ночь Глаша сидела на бревнах и смотрела в небо. Как она потом мне рассказывала, небо было ясное, звездное, даже млечный путь четко виднелся. Вдруг появился Стефан, он был без настроения, молча подсел рядом и тоже уставился в небо. А звезды горели одна ярче другой. Каждый думал о своем, возможно об одном и том же. Вдруг, поднялся ветер, небо заволокло тучами, и начался дождь с грозой и молнией. Стефан предложил девушке переждать его под большой ивой, и они спрятались под деревом. Начавшийся дождь быстро перерос в ливень, гром гремел все ближе и ближе, было очень жутко, холодно… Вскоре Стефан сам не заметил, как прижал Глашу к себе – и им обоим стало жарко...

Через месяц Глаша узнала, что беременна. Понимая, что долго скрывать свое положение не сможет, рассказала все как есть моей маме. Мама женщина мудрая, она посчитала, что в любом случае мужчина имеет право знать правду и, пригласив Стефана к себе, поговорила с ним. Стефан хоть и не ожидал услышать такую новость, но принял ее достойно, немного подумав, дал понять, что от ребенка не окажется и сказал:

«Я люблю Глашу, буду любить и ребенка. Дайте мне немного времени, я разведусь с женой и мы уедем с ней в куда она захочет».

Ирма, конечно же, чувствовала, что в последнее время муж пропадает ночами не один. Только она думала, Сефан бегает ко мне и пришла скандалить. Услышав громкие крики, прибежала соседка и встала на мою защиту. Она сказала Ирме, что я порядочная девушка и велела перестать меня оговаривать. Глашу мы сдавать не стали, так Ирма ушла со своим скандалом обратно.

А Глафира не находила себе места, понимая, что разбивать семью – это не правильно, не сказав никому уехала из города. Знаю, что она родила, одна подняла ребенка, но мы давно не поддерживаем связь.

Прошло 10 лет. Я выросла, получила диплом и устроилась работать бухгалтером. По служебному заданию организация меня направила в банк, который находится рядом с пожарной частью. Выхожу из банка и вижу возле «пожарки» четырех мужчин. Один из них обращается ко мне – кричит Маргарита. Я вначале не поняла, кто меня окликнул. Смотрю – Стефан, худой-худой. Когда я подошла к нему, остальные его товарищи ушли, оставив нас вдвоем, и мы поговорили. Оказалось, он дежурит в «пожарке». Поговорили, он рассказал о себе, что живет также с Ирмой, хоть и отношения у них плохие. Жаловался, что жена его плохо кормит, что даже желудок стал болеть. Конечно же вспомнили Глашу. Стефан дал понять, что его любовь не прошла бесследно.

«Почему она не подождала, я ее очень любил»,– прощаясь с сожалением сказал Стефан.

Позже я услышала от знакомых, что Стефан умер от рака желудка. Интересно, знает ли об этом Глаша? О том, что Стефан умер со своей любовью к ней, что любовь у него была пожизненная… Наши пути с Глафирой разошлись, но я хочу, чтобы она прочитала это письмо…».

Мария, г. Тюмень