Подписав дарственную, стал бездомным

Дмитрий Леонидович и не думал, что за его доверчивость когда-то придётся дорого заплатитьОТ АВТОРА: Дмитрий ШУЛЬГИН обратился в «ЯС» 15 октября, по телефону он сказал: «Меня выгнали из собственного дома! А все из-за того, что спьяну и по дурости подарил дом племяннице!» 21 октября Дмитрий Леонидович приехал в редакцию и подробно рассказал о своей беде. После нашего разговора мне удалось узнать и позицию второй стороны спора, и я поняла, что эта история может стать уроком и предупреждением для многих наших читателей.Дмитрий Леонидович начал свой рассказ так:- Мне с самого начала не повезло – родился седьмого ноября. Все пьют, роды принять некому. Бабка-повитуха приняла дома. Но повезло, выжил и здоровым остался.Родился Дмитрий под Тюменью, в селе Кулаково, в 1949 году. В семье было 8 детей, но четверо умерли в детстве. Остались Дмитрий, два его брата и сестра. Мама – домохозяйка. Папа – тракторист. Детство Мити пришлось на послевоенное время.- Средний брат с армейских времен дома почти не жил – всё по северам. А со старшим братом мы очень дружили. Он мне, покойничек, говорил: Митька, на моих шибко не надейся! А я всерьёз не воспринял эти слова. А сейчас получилось, что он прав оказался.Но об этом – позже.С восьми лет мальчик работал в колхозе, помогал старшим. И свое хозяйство было большое – 40 соток огорода. Подростком – охотился:- С ружьем, от деда оставшимся, я с тринадцати лет. На зайцев ходил, на дичь. В одиночку. Все леса знал. Когда подрос, до армии, работал в колхозе трактористом. Вкалывали без выходных:- Посевная началась – всё. На работе отработаешь, домой бежишь - картошку садить. Посевная закончилась, немного отдохнули – сенокос. Дрова нужно на деляне пилить. А бензопил ведь не было. 4 телеги нужно было напилить: две – бабушке, две – нам. Сенокос закончился – началась уборочная. Сначала в колхозе урожай нужно собрать, потом – дома. В армии Дима служил в Казахстане:- Увидел, как виноград растет, кукурузу в человеческий рост… Вот только палец в армии я потерял – по дурости. Прищемило, когда к машине прицеп присоединяли. Палец попал между прицепом и фаркопом.Два года парень отслужил и пошел учиться на шофера. Работал в автотранспортном хозяйстве, там попал в аварию: пьяный лихач на него налетел. После работал в других организациях шофером.С первой женой познакомился в 1971 году у друга на Дне рождения:- В мае познакомились, в июле – поженились. По правде говоря, мне просто прописка тюменская была нужна. Но прожили 18 лет. Женились – так надо жить, что делать! В 1974 году уехали с женой в Нижневартовск. У меня брат туда перебрался, и мы к нему. В браке у молодых родились три сына. Но пара развелась – Дмитрий стал выпивать. Жене это не нравилось:- И сам не знаю, почему начал пить. Работа такая была – на водовозке. Тогда ведь централизованного водоснабжения в Нижневартовске не было. Привезешь кому-нибудь воду, а тебе – бутылку. Мы легально-то возили по талонам, а это – нелегальные подвозки. Я со стакана водки падал. А потом началось всё больше, больше… Столько денег пропил! Обижался я на жену первое время, когда разошлись. Даже на все махнул и пошел снова в армию – по контракту. Хотелось еще раз увидеть Казахстан. И деньги платили хорошие. А сейчас с бывшей хорошо общаемся.Со второй женой познакомились на работе. Работали в коммунальном хозяйстве. Дмитрий на водовозке, она – истопником. Отапливала здание:- С ней тоже 18 лет прожили. Она всё меня в Иркутск звала жить, а я не хотел. И она уехала в 2008 году, а я в том же году – в Тюмень. Сыновья остались в Нижневартовске, свою тамошнюю квартиру я продал и разделил деньги на троих сыновей, потому что каждому по квартире подарить не мог. У меня ведь дом в Кулаково оставался, я планировал там жить. Этот дом – моих родителей, я там родился и вырос. Но в родной дом в Кулаково Дмитрию вернуться не пришлось:- У меня брат, живший в Кулаково, умер в 2004 году. До этого родительский дом приватизировали на меня, потому что у брата свой дом, родители наши помогли построить. Сестра наша тоже жилье имеет свое, поэтому от родительского дома отказалась официально, как и брат. Получается, что Дмитрий, младший сын в семье, по праву стал собственником дома своих родителей. Он планировал доживать свой век в нем, в родном селе, после выхода на пенсию. Но ситуация неожиданно изменилась. - Похоронили мы брата, а наутро племянница говорит: пошли в сельсовет, земельный участок приватизируешь. А то дом приватизирован, а земля – нет. Пришли. У меня голова чумная после похорон. Секретарь сельсовета говорит: так, может, ты дом им подаришь? Племянница сказала: мы тебя до смерти содержать будем. Я сдуру возьми да и согласись. Дарственную подписал. А через два года племянница снова: давай перепишем дом на мою дочь. Я опять согласился. В 2008 году Дмитрий собрался переезжать на родину. Поселился он у племянницы - в родительском доме жили уже ее дети. Договор был такой: дети живут отдельно в том доме, а Дмитрий с племянницей в отдельной комнате.- Я согласен на это был, думал, если один буду жить, сопьюсь. А тут все-таки сдерживающие факторы. Только вот не ожидал, что отношения так испортятся. Попросил мне временную прописку сделать - отказали. Стал я в их новом доме на нелегальном положении жить. Им не нравилось, что я комнату занимаю. Признаю, что выпивал, но ведь я мог в свой бывший дом переехать и не мешать им. Но место мое там уже было занято, туда они меня не хотели тоже переселять. Месяц Дмитрий пожил у сына на севере. А когда вернулся, муж другой племянницы (дочери сестры) встретил на вокзале и сказал, что вещи Дмитрия выбросили на улицу.- Куда ехать? Хорошо, что эта племянница с мужем у себя приютили. Я в чем был к ним поехал. Сплю теперь в зале. Вещи некуда поставить. Хоть и родные мне люди, а неудобно их стеснять. Сколько еще мыкаться? Этот дом – мой по праву, это дом моих родителей. Хочу его отсудить. Я в суд уже подавал, но мне адвокат сказал: суд мы все равно проиграем, а твои родственнички на тебя еще и в суд подадут на возмещение судебных издержек. До того, как я подписал дарственную, для племянницы лучше меня никого на свете не было. А теперь хуже никого на свете нет. Но я не сдаюсь, верю, что на старости лет удастся пожить спокойно. Ох, не ожидал я, что так подведут меня родственники, не чаял. А пить я бросил, второй год не пью – сынам обещал и бросил. Я выслушала Дмитрия, а в понедельник, 26 октября, позвонила его племяннице. Вот что она рассказала:- Он жил с нами 6 лет, пил, дебоширил. Никакого покоя не было ни детям, ни нам! Мы посоветовались и решили, что без него будет спокойнее. Мы его не выгнали – мы отправили его к сыновьям. Он подарил моей дочери дом больше десяти лет тому назад. И не говорил, что будет жить с нами, в нашем новом доме. Но попросился в итоге к нам, в новый дом. Ему выделили комнату. И начался ад – неописуемый. Из-за этого у меня начались сердечные приступы. Если бы он не пил – я бы ничего не говорила. У меня дочки.Я спросила, почему они не могут вернуть Дмитрию его старый дом:- Он дождался, пока моя дочь с семьей на этом участке много всего настроили, и теперь хочет вернуть назад весь участок вместе с постройками. Там построили баню, два гаража, новый дом. Был летом суд. Дмитрий подал иск в Тюменский районный суд о том, что дарственная недействительна, что её якобы подделали. Её взяли на экспертизу, результат которой однозначен: дарственную писал Дмитрий. Решение вынесено в нашу пользу. Содержать его мы не обещали. Когда он дарил нам дом, он и жить-то с нами не собирался. Наталья АВЕРИНА, г. Тюмень ОТ АВТОРА: мне удалось поговорить и с другими членами семьи Дмитрия. Бывшая жена Галина, хотя и давно не живет с ним, но отзывается о бывшем супруге положительно и очень сожалеет, что он попал в такую ситуацию. Сын Алексей сказал, что всегда рад принять у себя отца и они с братьями его не бросят, возьмут к себе. Правда, Дмитрий Леонидович хочет остаться в родном селе, там, где он вырос. КОММЕНТАРИЙ ЮРИСТАЮрист Бахтиер ХАСАНОВ так прокомментировал ситуацию Дмитрия Леонидовича:- Расторгнуть уже состоявшийся договор дарения дома можно только при наличии веских оснований, указанных в Гражданском кодексе РФ. Вот эти основания:- если одаряемый покусился на жизнь дарителя, члена его семьи или близкого родственника (в случае смерти дарителя требовать расторжения договора могут его правопреемники);- если одаряемый умышленно причинил вред здоровью дарителя;- если одаряемый небрежно относится к подаренному дому, который имеет для его прежнего собственника большую нематериальную ценность (например, в ней проживали несколько поколений его предков);- если в тексте договора дарения предусмотрено условие о том, что дом возвращается дарителю, если одаряемый уйдет из жизни раньше него (ст. 578 ГК РФ).В названных случаях для расторжения договора и возврата дома ее прежнему владельцу понадобится обращаться в суд.Также договор дарения дома расторгается в случае признания его недействительным. Это может произойти, к примеру, если условия договора не соответствуют закону или договор заключен с применением насилия, угроз, обмана, введения в заблуждение.